Референдум 1991 года был прологом в исторический 2014 год - Форманчук

30 лет назад крымчане своим выбором подтвердили намерение вернуться в родную гавань

20 января 1991 года состоялся референдум о государственном и правовом статусе Крыма. В последний год существования Советского Союза, когда страну уже зашатало от парада суверенитетов, крымчане определились однозначно - им не по пути со сторонниками развала и пьянящей независимости.

30 лет назад крымчане своим выбором подтвердили намерение вернуться в родную гавань
Для симферопольской бабушки Крымский мост уже тогда - в 1991 году - был реальным проектом / фото Леонида Берестовского

На вопрос «Вы за воссоздание Крымской Автономной Советской Социалистической Республики как субъекта СССР и участника Союзного договора?» положительно ответили 93,26 % проголосовавших. Это означало, что абсолютное большинство крымчан высказалось за реставрацию Крымской АССР в составе Союза. Результат был бы и более впечатляющим, если бы вопрос ставили конкретнее, как в 2014 году: «Вы за воссоединение Крыма с Россией на правах субъекта Российской Федерации?» (в Крыму идею поддержали 96,77 % проголосовавших, в Севастополе - 95,6 %). В любом случае за четверть века, слава богу, с курса мы не сбились, ориентир не потеряли...

- В первую очередь референдум 1991 года был реакцией, связанной с тревогой крымчан по поводу возможного распада СССР, - уверен врио председателя Общественной палаты Крыма, политолог Александр Форманчук. - Горбачевская перестройка сначала обнадежила, что можно модернизировать социализм, а потом вызвала тревогу о том, что государственный лидер занимается словоблудием и не принимает конкретных решений. У советских людей, и крымчан в их числе, появилось опасение, что Союз рухнет. Прежде всего, почву подогрели межнациональные конфликты: первым вспыхнул Нагорный Карабах, потом была ферганская резня в Средней Азии. Ферганские события испугали крымских татар - проблемы возникли в месте их вынужденного переселения. Естественно, представители народа активизировали требования по возвращению в Крым. Летом 1989 года в составе рабочей группы Крымского обкома партии я выезжал в Узбекистан. Мы встречались с людьми и поняли, что Крыму нужно готовиться к их приему. Начались различные спекуляции на численности крымских татар - цифра завышалась, это беспокоило крымчан. Дело в том, что за представителями крымско-татарского народа был закреплен устойчивый стереотип предателей, поэтому жители Крыма опасались возвращения депортированных. Еще один тревожный момент - активизация националистов на Украине. Народный Рух уже тогда стал заявлять о «незалежности». Под влиянием внешних факторов общественная активность в Крыму стала возрастать. Начали появляться неформальные организации, поддерживающие идею особого статуса для Крыма. И, конечно, всё свелось к тому, что Крым имел должный статус до 1944 года. Это была Крымская АССР в составе РСФСР. Стало формироваться понимание, что необходимо возродить то, что было. Я в то время работал в Крымском обкоме партии и помню, как по поручению Николая Багрова была сформирована рабочая группа, в составе которой мы решали, какую форму определения выбрать для Крыма. В ходе дискуссий было принято решение о том, что обком должен возглавить движение за проведение референдума. А поскольку в конце 80-х - начале 90-х годов доверие народа к партийным решениям заметно ослабло, повсеместно подвергалось критике партократство, однозначной поддержки идея референдума сразу не получила. Люди подумали, что партийцы жаждут пересесть в министерские кресла и под эти планы пытаются перевести Крым в статус республики.

фото из личного архива Александра Форманчука

- Как менялось настроение обычных крымчан и что для этого было сделано?

- Мы проводили «живую» агитацию в очень непростых условиях. Помню свои 49 выступлений в больших аудиториях. Тогда еще работали районные Дома культуры, и мы выезжали в них для проведения встреч. В больших залах после рабочего дня собирались по 500-700 человек. Первые 20-30 минут шла жесткая дискуссия: из рядов летели выкрики. Потом мои аргументы начинала слышать большая часть зала, и люди сами просили замолчать тех, кого не интересовал статус крымской автономии. Я имел опыт лектора-международника, и мне нравилось работать с большой аудиторией. Мои аргументы в пользу повышения статуса Крыма получали поддержку. Встречи в Домах культуры, как правило, заканчивались под аплодисменты. Необходимость возвращения Крыму статуса автономии понимали и представители неформальных организаций. Безусловно, на всех уровнях подвергалось критике партократство, но это было уже совсем другой историей. Жители Крыма на интуитивном уровне почувствовали необходимость защитить себя от угрожающих последствий распада страны и активизации национализма. В Симферополе - на площадях и на улице Горького, где под газетными стендами традиционно собирались любители футбола, стали происходить стихийные собрания на политическую тему. Крымчане перед лицом угрозы сплотились - и это стало первым шагом на пути к историческим событиям 2014 года.

- Как понимание этой необходимости отразилось в день голосования?

- Начнем с того, что референдум 1991 года стал первым и единственным референдумом по определению статуса субъекта в истории СССР. Знаете, французы говорят, что создать республику легко, но где взять столько республиканцев? Так вот, в Крыму 20 января 1991 года хватило республиканцев, чтобы изменить статус полуострова. Участки открылись с 7 утра, и на них сразу были люди. К 8 утра желающие отдать голос за АССР выстраивались в долгие очереди. Уже в 11 часов мы знали, что референдум состоялся, и понимали, что результат будет высоким. Давайте не будем забывать, что цифры, полученные тогда, практически повторились и в марте 2014 года, на референдуме по возвращению Крыма в состав России: свыше 80 % явки и более 90 % голосов «за»... Мы успели запрыгнуть на подножку последнего вагона уходящего поезда. Уже в августе 1991 года случился путч, после которого рухнул СССР. У Крыма не было другого шанса провести легитимный референдум и получить статус автономии. Впереди была отмена Крымской конституции на уровне украинской власти и принятие нового основного закона республики, но цифры, полученные на референдуме, защитили нашу республику от угрозы понижения статуса.

фото Леонида Берестовского

- Первый и последний президент Крыма Юрий Мешков занял свой пост на волне обещаний вернуться в Россию: был ли такой шанс?

- Нет, его не было. Нам повезло вернуться в Россию в 2014 году не только потому, что Крым имел автономию и Конституцию. Не будем забывать, что президент России Владимир Путин взял на себя политическую ответственность за признание итогов Всекрымского референдума и издал исторические указы, которые позволили нам вернуться в свою страну. Президент Ельцин такое развитие событий не рассматривал. Он выражал готовность защищать интересы Крыма исключительно в составе Украины. Любые варианты по изменению статуса региона он расценивал как сепаратизм. Но даже при таких условиях Референдум 1991 года был прологом в исторический 2014 год. Мы знали, что мы можем консолидироваться и одержать победу.

читайте также: "Не было бы Референдума 1991 года, не было бы и Крымской весны..." - Георгий Капшук

Опубликован в газете "Московский комсомолец" №0 от 30 ноября -0001

Заголовок в газете: Репетиция возвращения