Как «артековцы» намекнули Молотову отдать им крымский курорт

Захват самой респектабельной здравницы Российской империи произвели пионеры

Произошло это ровно 81 год назад. 17 ноября 1936 года вышло постановление Бюро ЦК ВЛКСМ, предписывающее представить «исчерпывающие предложения», касающиеся включения Суук-Су в состав Всесоюзного пионерского лагеря «Артек». Еще в сентябре 1936 года председатель Совнаркома Советского Союза товарищ Молотов недвусмысленно и вполне официально заявил: «Придется, кажется, передать Артеку Суук-Су…» Что заставило его прийти к подобному умозаключению? Оказывается, детская непосредственность.

Захват самой респектабельной здравницы Российской империи произвели пионеры
Товарищ Молотов (в центре) часто наведывался в "Артек"

Все пионеры, побывавшие в Артеке в конце двадцатых - начале тридцатых годов, знали наизусть веселую песенку:

У Артека на носу

Приютилось Суук-Су.

Наш Артек, наш Артек,

Не забудем тебя век.

В 1937 году четверостишье это перестало отражать объективную реальность.

В Кремль значит в Кремль…

В те годы Молотов был официальным покровителем Всесоюзного детского лагеря, оказывал помощь, часто наезжал лично. Молотов приезжал в Крым к пионерам, а пионеры - в Москву к Молотову. С ответными визитами. Такая уж была традиция.

В августе 1936 года к высокопоставленному Товарищу отправилась делегация из отборнейших пионеров – юные орденоносцы, поэты, изобретатели, музыканты, танцоры, певцы. Оказалось, этот заезд был своеобразной разведкой боем. Возвратившись, делегаты доставили в Артек приглашение прибыть всем лагерем на прием в Кремль. Все прекрасно понимали, что приглашение от председателя Совнаркома неофициальным или даже полуофициальным быть не может. Молотов сказал в Кремль, значит в Кремль…

Газета «Красный Крым», 18 сентября 1936 года:

«…Быстро в сборах бежало время. Теплым сентябрьским вечером пионеры собрались на последний костер. На другой день они выехали через Симферополь в Москву. Уезжая из Симферополя, артековцы вывесили алые полотнища с огромными буквами: “Спасибо товарищу Сталину, партии, правительству за солнечный Артек!” Ехали весело. На больших станциях артековцы выходили на перрон и устраивали концерты самодеятельности. Дорогой выпускали стенгазеты. Состязались в декламации. Играл баян. Пели… С огромным воодушевлением писали письмо товарищу Сталину: “Хорошо нам жилось в Крыму, и всё же мы рады, что каждый оборот колес приближает нас к заветной цели…”»

Столица поразила детское воображение, показалась сказочным калейдоскопом. Перед удивленно вращающей головами ребятней мелькали гигантские дома, проносились вереницы автомобилей, трамваев, автобусов, сломя голову неслись куда-то пешеходы. Внимание пытливых пионеров привлекла пылающая рубиновыми огнями, но вроде бы ничего не означающая надпись, она состояла из одной буквы: «М». Вожатая смеясь пояснила, что буква эта обозначает, что где-то совсем неподалеку вход в подземные станции метрополитена, где «глубоко под землей в тоннелях бегут поезда с тысячами людей».

На другой день артековцы осматривали Москву, а вечером по приглашению столичных сверстников поехали во Дворец пионеров. И им объявили, что 17 сентября, в 12 часов дня, их ожидают в Кремле…

Артековские ходоки

Наступило 17 сентября.

Газета «Красный Крым», 18 сентября 1936 года:

«Вихрь радости и восторга промчался среди ребят. Все мысли и разговоры вращались около предстоящего приема… Четырехэтажное здание, занятое артековцами, до краев было наполнено веселыми песнями и радостными улыбками…»

Автобусы повезли детей на Красную площадь и остановились полукругом напротив Спасской башни. До приема оставался целый час. Ждали. Лишь после того, как куранты Спасской башни заиграли «Интернационал», детей, одетых по случаю предстоящего мероприятия в синие матросские бушлаты, провели через ворота в кремлевской стене, мимо знаменитой 40-тонной Царь-пушки, длинными кремлевскими коридорами.

Большой зал. Из окон видны зубцы кремлевской стены. Артековцы расселись и принялись рассматривать лепные украшения стен…

Газета «Красный Крым», 18 сентября 1936 года:

«По залу перекатывается веселый, жизнерадостный шум и счастливый гомон.

-         Молотов!

Все поворачиваются к двери, в которую входит председатель Совнаркома Союза. Дети поднимаются со стульев, встречая своего друга восторженными аплодисментами и улыбками. Звонкие крики сливаются в общее, дружное приветствие.

-         Привет товарищу Молотову!

В зале звучит артековский марш.

-         Артековцам привет! – восклицает в ответ тов. Молотов.

Самая маленькая орденоноска, смуглая Мамлякат Нахангова передает тов. Молотову огромный букет цветов и альбом со снимками Артека…»

Ребят отвели в зал заседаний Совнаркома, где решались все жизненно важные для страны Советов вопросы. Детвора несколько смутилась и оробела. Потому ответа на вопрос о том, как прошел отдых в Артеке, Молотов не получил. Пришлось выбирать самого храброго. Признать себя «не храбрым» не захотел никто. В конце концов, как обычно, победил опыт – инициативу взял в свои руки Баразби Хамгоков, юный джигит и танцор Кабардино-Балкарии, в 1935 году на Всесоюзном совещании передовиков животноводства он удостоился похвалы за красноречие от самого Сталина.

Состоялся следующий диалог.

Баразби. В Артеке мы весело провели свой отдых и с новыми силами возьмемся теперь за учебу.

Молотов. А чем занимались в Артеке, как проводили время? Отдыхали хорошо?

Баразби. Хорошо отдыхали.

Молотов. Загорели?

Баразби: Загорели.

Молотов. В море купались?

Баразби. Купались, катались на яликах, на моторной лодке.

Молотов. У вас настоящего отдыха-то, значит, не было? Всё время были заняты?

Баразби. Катались на велосипедах, ездили верхом на лошадях, качались на качелях.

Молотов. А когда же отдыхали?

Баразби. Это – отдых.

Молотов. Это отдых, оказывается. Ну, хорошо.

Баразби. Мы ходили на многие экскурсии. Мы сейчас знакомы с побережьем Черного моря, где есть интересные места. Каждый пионер привез из Крыма гербарий, коллекции камней. Мы приедем домой и расскажем всем ребятам, как отдыхали в Артеке, как хорошо там, и с новыми силами возьмемся за учебу!

В рамках культурной программы артековцы декламировали стихи, танцевали, играли на музыкальных инструментах, а главное, пели.

Лукаво поглядывая на Вячеслава Михайловича Молотова, артековцы спели шуточную песню о том, что «у Артека на носу приютилось Суук-Су».

Видимо, песенка произвела впечатление, поскольку, как только стихли детские голоса, догадливый председатель Совнаркома глубокомысленно подытожил встречу на высшем уровне: «Ваш намек нетрудно понять. Придется, кажется, передать Артеку Суук-Су».

По аллее света

Курорт Суук-Су всегда, начиная с момента своего рождения, был, так сказать, несколько буржуазен. В начале ХХ века Суук-Су считался самым респектабельным курортом Российской империи. На Всероссийской гигиенической выставке 1913 года он был награжден большой золотой медалью, на выставке в Одессе – серебряной. В Суук-Су отдыхала интеллектуальная элита и высокопоставленная знать, личности неординарные и небедные. Приведем лишь некоторые из говорящих имен: Шаляпин, Суриков, Скрябин, Арцыбашев, Коровин, а также эмир Бухарский, князь Имеретинский и даже сам государь император Николай II. После Октябрьской революции Суук-Су, само собой, был национализирован, однако, по иронии судьбы, оставался местом отдыха элиты. К моменту начала нашего повествования в нем располагался правительственный санаторий. И вдруг столь интересный поворот в судьбе курорта…

Из постановления Бюро ЦК ВЛКСМ, 17 ноября 1936 года:

«1. Поручить Комиссии в составе тт. Васильевой (созыв), Мускина, Иванова и Ровина представить к 25/XI-с.г. исчерпывающие предложения в Секретариат ЦК по эксплуатации Всесоюзного пионерского лагеря «Артек» на 1937 г. с включением Суук-Су.

В предложениях обеспечить решение следующих вопросов:

а) план работ, необходимых к осуществлению допуска Суук-Су в эксплуатацию, на 1937 год;

б) план эксплуатации всего объединенного пионерского лагеря «Артек» и (Суук-Су) на 1937 г.;

в) порядок передачи Суук-Су».

Взрослые постановляли и планировали. А дети мечтали и фантазировали…

Из писем артековцев, опубликованных в центральной прессе:

«Я хочу, чтобы от Артека до Суук-Су по набережной проходила аллея света в виде ландыша. А на Медведь-горе был маяк, и на Большом Адоларе тоже маяк, и они чтобы передавали каждую ночь азбуку Морзе. И я хочу, чтобы была набережная из мрамора и вазы с цветами. Ляля КУЗНЕЦОВА, 12 лет, Москва».

«Мне хочется, чтобы от Артека до Суук-Су была бы виноградная аллейка и на каждом винограднике были бы лампочки. Шура ЧАЛЫХ, 12 лет, Люблино».

«Я предлагаю построить подвесную, воздушную железную дорогу между Суук-Су и старым Артеком. Л. ТИХОНОВА, 13 лет, Горький».

Газета «Красный Крым», 23 марта 1937 г.

«В Суук-Су цветут миндаль, абрикосы и вишни. В Суук-Су есть дивный дворец, роскошные дома, сказочные уголки в парке. Это изумительное место на ЮБК, овеянное легендами, теперь отдано советским детям».

Нужно признать, подарок детям был сделан поистине царский: 33 здания с богатой обстановкой и 60 гектаров территории, половина которой – роскошный парк.

Прибывшие в Артек ребята искренне удивлялись, что в то время, когда в средней полосе еще зима, в Крыму можно собирать огромные охапки нежных белых цветов и любоваться доселе невиданным чудом – Черным морем.

Газета «Красный Крым», 23 марта 1937 г.

«Артек – это два лагеря у подножия Аю-Дага и Суук-Су. К встрече детей в Суук-Су давно готовились. Во всех корпусах – идеальная чистота и уют. В комнатах – ковры, дорожки, мягкая мебель, настольные лампы на письменных столах, гардеробы. На столиках у кроватей мыло, зубной порошок, щетки. Один из корпусов отведен под техническую станцию – место творческих упражнений и изобретательства авиамоделистов, радиолюбителей, юных натуралистов. В парке устанавливается ряд аттракционов. Над еще лучшим оформлением парка работает ялтинская архитектурная мастерская».

Так началась новая эра курорта Суук-Су – эра Суук-Су лагеря «Лазурный».

Опубликован в газете "Московский комсомолец" №47 от 15 ноября 2017

Заголовок в газете: Как «артековцы» намекнули Молотову отдать им крымский курорт