Ксения Симонова: "Как я выступала перед Королевой Датской..."

Крымская художница делится с читателями «МК в Крыму» своими открытиями и впечатлениями, путешествуя по планете и знакомясь с удивительными людьми

05.01.2017 в 17:33, просмотров: 2406

Меня зовут Ксения Симонова, я обычный человек с необычным хобби. Скорее, не хобби – это уже образ жизни. Я рисую песком. Несколько лет назад победила в известном талант-шоу, и с тех пор моя жизнь кардинально изменилась. Сегодня я выступаю по всему миру, и Бог посылает мне встречи с удивительно интересными людьми. 

Ксения Симонова:

Среди них – короли и королевы, принцессы, президенты, артисты, спортсмены, ученые... Никому не известные факты жизни, места, куда простым смертным не попасть – все это обрушилось на меня вдруг. Я не чувствую в этом своей заслуги, просто это данность. Все, что я могу сделать: записать, зарисовать, запечатлеть на фотографиях эти исторические моменты – и поделиться с теми, кому интересно. Ведь от того, что эти встречи выпали на мою долю, оттого, что я путешествую по планете – ничего, по сути, не изменилась. Я по-прежнему осталась собой, девочкой из маленького приморского городка, имя которому Евпатория....

Это случилось в историческое время – в марте 2014-го. Когда рушилась прежняя жизнь, а новая никак не начиналась… Именно тогда мы всей семьей улетели на три недели в Данию, не зная, что вернемся уже в другое государство. 

Дания очень разная, хотя такая маленькая. Копенгаген – лицо Копенгагена, не Дании. Наверное, как Москва – лицо Москвы, а не России. Дания вне Копенгагена похожа на большую деревню в самом прекрасном смысле этого слова, это не насмешка ни в коем случае, а именно то, за что я так люблю эту страну. И еще везде – в каждом регионе – свой диалект датского языка. Поэтому я занимаюсь совершенно бессмысленным, но таким приятным занятием – учу датский язык копенгагенского (классического) диалекта. То есть поймут меня только в Копенгагене. Если поймут. Потому что датский – хуже английского и французского в плане различия между написанным текстом и тем, как его подобает читать, но это уже другая история.

С невеселыми мыслями…

Летим. Рейс Симферополь-Москва в середине марта 2014 года полон журналистов всех мастей и всех мировых СМИ, ручная кладь – сплошь штативы и камеры. Надписи на чехлах – BBC, CNN, Euronews, Sky News, Deutsche Welle и не известные мне, их больше…

Признаюсь честно, что, происходившее с февраля 2014 года очень напугало меня, я была на четвертом месяце беременности вторым сыном, обстановка становилась непредсказуемой и приглашение выступить в датском Ольборге перед Королевой я восприняла как спасение. Боялась за детей.

С невеселыми мыслями мы прилетели в любимую Данию. Все, кто встречал нас там, спрашивали, что на самом деле происходит в Крыму? Стреляют ли на улицах? Ездят ли танки по дорогам? Есть ли интернет? Просто люди на улицах, видя Диму – а он нравится европейцам, его во всех странах треплют по голове и дают конфетку – спрашивали: «Вы откуда?» и на ответ «Crimea», сочувственно качали головой.

Несколько дней в Копенгагене перед отъездом в Ольборг принесли мир моей душе. Мне рассказали о протоколе общения с Королевой, очень простом по сравнению со многими протоколами других монархов. Ниже расскажу, что все оказалось еще проще.

Из Копенгагена в Ольборг на поезде - часа четыре. Физически – это поездка с острова Зеландия, где расположена столица королевства, через остров Фюн, на полуостров Ютландия, материковую часть Дании, состоящей из множества островов (их 409) и большого полуострова – а именно Ютландии.

Ютландия – это вам не Зеландия, и хотя смешно звучит, это то же самое, что сказать: «Москва вам не Сибирь». То есть это разные миры. Ютландия менее урбанизирована. Мой первый приезд в Данию в 2012-ом был именно в Ютландию, и поездили мы по ней здорово, и думали, что вся Дания такая. Какая? Простая и бесхитростная что ли… Потом попали в Копенгаген и влюбились навсегда – так вот он от Дании не просто отличается, он – отдельный мир.

И вот едем в приятном датском поезде с мягкими диванами, бесплатным Wi-Fi и чаем (нет, датчане не так добры, как можно бы подумать, это в просто такая политика у вагона первого класса, на который не поскупилась для нас Ее Величество). Острова Дании соединяют мосты, в море – множество ветрогенераторов, они как гигантские белые цветы в темной воде…

По прекрасному поводу…

А мы ехали в Ольборг вот почему. На сегодняшний день Ольборгский Дом музыки (Musikenhus) является крупнейшим концертным залом Королевства. Ну – сейчас является. А до 2014 года его не существовало. И вот в 2010 году Королева подписала указ и начали строить, причем был немыслимый конкурс архитектурных проектов – от классических до самых сумасшедших, а победил, по-моему, самый сумасшедший, под авторством группы безумных архитекторов Coop Himmelblau (Европа-Южная Америка), построивших одни из самых невероятных зданий Австрии, Германии и Нидерландов. Короче – то, что изламывается, выкручивается, стремясь в небо, стелется по земле, отражает солнце – и при этом является зданиями – их работа.

По-моему, зал Musikenshus в Ольборге – один из самых невероятных залов в моей жизни. Строили его 4 года, он и внешне довольно необычен, но сам концертный зал – это просто улет! Во-первых в нем нет углов. Вообще – он весь закругленный. Там потрясающие акустические характеристики, каких практически нет пока в Европе, ну а в Скандинавии – уж точно. С нескольких точек зрительного зала вид совершенно инопланетный. Проще показать, чем рассказать.

Один из самых необычных залов в мире...

И вот это чудо должно было открыться в конце марта, а так как оно – детище Королевы Маргарете II, то она лично и должна была его открыть, в связи с чем планировался большой концерт, на который Ее Величество пригласила меня выступить с историей города и – в частности – этого зала – в песке!

И хотя это не первое мое выступление в Дании — кажется, пятое, — было очень волнительно. Я должна была выступить с Королевским симфоническим оркестром под управлением дирижёра Датской национальной оперы Рамона Гамбы. В оркестре также играл знаменитый датский скрипач Николай Цнайдер, лауреат конкурса имени Королевы Елизаветы в Брюсселе. Датчане — прекрасная публика. В своё время моё творчество отметила Принцесса Датская Мари, что было для меня большой честью, так же как и знакомство с Её Высочеством, которая оказалась замечательно простым и приятным в общении человеком. Это было за два года до описываемого события, и о моем творчестве, с легкой руки Ее Высочества – узнали в Королевстве.

Королева Маргарете интересуется материалами отделки стен Дворца музыки

Так что наша миссия была почетной, но непростой. Кстати, историю Ольборга и зала Musikenshus организаторы просили меня рисовать под… «Половецкие пляски» Бородина, который прекрасно исполнил Датский Симфонический оркестр. Датчане, кстати, Бородина очень любят и оперу «Князь Игорь» могут – как там в анекдоте про одесских евреев – «напеть». Правда, не шучу.

Эти глаза напротив…

Но вернемся к поезду. В нем мы подъезжаем к северному городу, но мне очень не нравятся Димкины глаза. Они дико красные и сын их постоянно трет. Вспоминаю, что накануне он был в музее экспериментов в Копенгагене и очень экспериментировал с ветряной трубой – то есть дул трубой себе прямо в глаза и получал удовольствие. А так как сила ветра у трубы была такой, что свободно удерживала на лету футбольный мяч, если его подбросить над ней, то, следовательно, глаза себе Дима продул. Это все прокручивается у меня в голове уже на станции, и когда в открывшуюся дверь поезда я вижу улыбающееся белоснежной датской улыбкой лицо, букет цветов и табличку с моим именем, то, машинально улыбаясь, понимаю: мы попали!

Ксения с сыном Димкой на репетиции...

На встретил Джеппе – креативный директор «Дома Музыки» - воплощение скандинавской красоты и доброжелательности. Поздоровался с моим мужем, с Димой и мы поехали в отель, а из него – на репетицию: нас ждал целый оркестр. Город мне очень понравился, он действительно, не имел ничего общего с Копенгагеном, он был по-северному прост, но удивительно жизнерадостен, как пряничный.

А Димины глаза – в отличие от Ольборга - радовали меня все меньше и меньше… Раньше в Данию я набирала лекарств для Димки, даже ингалятор брала, но так как ни разу не пригодилось, в этот раз расслабилась, тем более, что – как писала выше – перед вылетом очень нервничала, а еще была беременная и рассеянная. В общем – как и следовало ожидать, лекарства не взяла, а они понадобились.

Королева смотрит выступление Ксении Симоновой

Репетицию Димка пережил очень бодро, ему (как во многих наших поездках) разрешили подняться на сцену, пощупать трубу, заглянуть в контрабас (на котором играл уроженец Санкт-Петербурга, очень милый парень) и даже грянуть на органе – что, впрочем, у него не получилось. Он был счастливейшим ребенком в Ольборге. Но глаза!...

- Мамочки…. – только и прошептала я, выйдя с репетиции в холл, где было светло. – Нам нужно в аптеку!

Любезный Джеппе отвез нас в центр города, в аптеку и оставил, сказав, что до завтра мы свободны делать что хотим, а он рекомендует нам погулять, потому что как раз от аптеки начинается историческая часть Ольборга.

- Ну и отлично, - сказала я Игорю. – Сейчас купим лекарство, закапаем Диме глазки и гулять!

В красивой аптеке мы взяли номерок и встали в очередь. Нет там в аптеках очередей – просто на входе дается номерок, и ты с ним сидишь себе на диванчике, пока твой номер не высветится на экране.

Мы знали, что ищем – еще в отеле по скайпу связались с Евпаторией, с нашим другом-офтальмологом, и он сказал нам название действующего вещества нужных нам глазных капель, название это латинское и, соответственно, даже если лекарство в Дании называется иначе, по действующему веществу фармацевт подберет нам препарат.

Но нет. Конечно же, этого не произошло – мы не можем без приключений.

- А где ваш рецепт? –лучезарно улыбнулась мне белокурая датская фармацевт.

- Какой рецепт? Зачем рецепт? Мы знаем препарат, это же для глаз, какой рецепт?

- Неееет, - улыбнулась она еще лучезарнее. – Без рецепта его нельзя.

- А что можно? – тупо спросила я.

- Витаминки!

- Ясно. Где нам взять рецепт, мы приезжие? - спросила я, вспомнив, как весело попала на прием к датскому врачу в свой первый приезд.

- Вам нужно ехать в больницу скорой помощи и в порядке живой очереди попасть на прием. Врач вас осмотрит и выпишет рецепт.

- Офтальмолог?

- Зачем? У нас там многопрофильные доктора.

- А далеко ваша скорая больница?

-Ну да, почти за городом, у стадиона, - так же великолепно улыбаясь, ответила датчанка.

Так… какое-то дежавю. Датские приколы с медициной мне были знакомы, но вот с аптекой, когда за простыми каплями от коньюктивита – то есть за рецептом для них - нужно ехать в приемное отделение больницы… А завтра у нас концерт. И встреча с Королевой. И Дима будет с нами. А глаза у него….

- Поехали, - глядя на мои страдания, сказал Игорь. – адрес хоть взяла?

- Витаминки взяла…

И мы поехали. Уже смеркалось.

Больница была великолепна, как в кино. Большая и красивая, вся сверкающая. Но настроение у меня было скверное и я не любовалась больницей.

- Как попасть на прием шестилетнему ребенку, чтобы ему выписали рецепт лекарства для глаз? – спросила я в информационном окне.

- Пожалуйста, вон туда. Берите номерок и ждите, пока ваш номер не появится на экране.

- Туда?!

«Туда» - был огромный холл, где стоили, сидели и ходили десятки людей. Взрослых и детей. Одни кашляли, другие сморкались, третьи держали лед у разбитого носа, четвертый приковылял на костылях и его перебинтованную ногу время от времени поправляла спутница. Страждущие спокойно ждали своей очереди и здоровые в плане ОРВИ детки с ушибами спокойно сидели в детском уголке с кашляющими и чихающими ОРВИшниками.

- Мда… - сказала я Игорю. Димка отсюда здоровее вряд ли выйдет, если посидит в общей очереди. А рецепт нам нужен. Какой там у нас номер? 156. Так. А на экране сейчас какой? 129-й.  Идите на улицу гуляйте, я тут буду сидеть и следить за очередью.

И они ушли. А я со своим пузиком осталась с пациентами. Время от времени выходила на улицу. Дима с Игорем сидели на лавочке, устав гулять вокруг больницы и мерзли. В марте в Ольборге погода как в Питере в это же время.

Кронпринцесса Мария

Принимал, к счастью, не один врач, а несколько – в разных кабинетах – и через часа полтора мы вошли в один из них.

Деловой датский врач по-взрослому поздоровался с Димой, стал его расспрашивать, как и где он простудил глаза – а я переводила. Потом осмотрел глазки, написал что-то и сказал мне:

- Вот рецепт. Купите и будете капать по одной капле трижды в день.

- Ой, спасибо, доктор! Давайте его сюда!

- А где ваш чек?

- Какой такой?

- Ну, вы же не проживаете в Дании, значит, для вас прием платный, и, чтобы получить рецепт, вы должны были оплатить прием.

- Ой, а я не знала!

- Ничего страшного, - улыбнулся доктор. – вон там касса – оплачивайте и несите чек, а я вам дам ваш рецепт.

Побежали к кассе. Объяснили, что неместные.

- 750 крон.

«О, такса стабильная», - подумала я, вспомнив свои больничные приключения в другом датском городе два года назад.

- Хорошо. Только столько крон у меня нет, но есть евро.

- Простите, только кроны. Может, банковская карта?

- Есть!

Но карта не работала. Карта крымского банка оказалась негодной.

- Кошмар! Что делать-то? – бессмысленно спросила я кассира.

- Идите к доктору, объясните ему.

Пошли, объяснили – не помогло. Ситуация бредовая – ребенку нужно лекарство, нужен чек, деньги есть – но заплатить ими нельзя!

И тут выход нарисовался в виде звонка. Звонил Джеппе.

- Как дела, Ксения?

Зря он это спросил. Потому что ему пришлось ехать нам на выручку. Что он и сделал, причем приехал очень быстро. Заплатил за прием, взял рецепт и повез нас в единственную в городе ночную аптеку, так как уже была ночь.

Диме уже на другой день стало намного лучше, глаза почти не были красными и мы отправились выступать.

Королева Дании Маргарете Вторая...

Хорошая такая себе Королева…

Королева приехала на скромном черном автомобиле и шла по красной дорожке, махая рукой собравшейся толпе. Все махали флажками, а Димка – сразу двумя.

Она была прекрасна. Ее Величество обладает какой-то особой энергетикой, она просто светится, это почти физически ощущается. Ровесница моей покойной бабушки, Маргарете II совсем не выглядит на свои 76, она похожа на добрую, элегантную фею из сказки, ее лицо всегда светится улыбкой. Дима предположил, что она дочка Андерсена…

Охраны мы не видели нигде! То есть, она, конечно, была, но где-то в невидимых местах. Люди свободно заходили в здание вслед за Ее Величеством, выходили из него, а с артистического входа не было даже рамки металлодетектора. Это было так необычно – мы побывали на многих мероприятиях в присутствии глав государств и монархов, такого не было абсолютно нигде. Несколько детей из толпы подошли к Королеве и она их погладила по голове. Мне эта простота очень понравилась.

Королева Маргарете II открывает гала-концерт...

Дима тоже рвался пролезть к Ее Величеству со словами: «И я хочу к дочке Андерсена!», но мы его не пускали, пока он не вырвался и с упорством бультерьера не пролез к тем детям, которых гладила Королева. Он приветливо взмахнул перед ней обоими флагами, наклонил голову и она его тоже потрепала по волосам.

- Игорь, давай быстрее фотографируй! – опомнилась я, но в это время Дима материализовался у наших ног, на четвереньках преодолев стену народа, разделявшего нас и красную дорожку Королевы.

- Она хорошая! – сделал вывод ребенок.

Нам пора было идти в гримерную, готовиться к выступлению. За кулисами тоже не было никакой охраны.

- Да что ж такое?! – удивлялись мы. Это, правда – очень нехарактерное явление.

В гримерке дымился чай и стояла коробка конфет с вензелем Ее Величества. Настроение мое было просто прекрасным. С ним я и отправилась на сцену.

Она сидела в первом ряду, и, несмотря на значимость Ее присутствия, атмосфера концерта была очень теплой. Мне было очень радостно, когда мне передали, что Королеве понравилось моё выступление, ведь те две песочные истории, которые я показывала на концерте, были особыми. Первая история была создана на удивительно нежное и глубокое произведение Мориса Равеля «Павана». Эта история содержала все те прекрасные образы, что свойственны нашей культуре — восход на фоне златоглавых храмов, материнскую любовь, сказочных персонажей. Это доказательство совместимости несовместимого, когда речь идет о творчестве, ведь Морис Равель — французский композитор. Я очень люблю не только его музыку, но и его самого как фигуру одного из самых насыщенных периодов импрессионизма.

Вторая песочная история  - как я уже писала - создана под «Половецкие пляски» Александра Бородина, один из актов знаменитой оперы «Князь Игорь». Это очень мощное произведение... На сцене я погружалась в музыку и песочный мир, забыв обо всём. Это было нечто невероятное.

После выступления нас – меня, Игоря и Диму, позвали пить шампанское с Королевой. Там был весь оркестр, работники «Дома Музыки», какие-то не известные мне, но – очень знаменитые датские артисты. Мы встали в сторонке, нашли Диме конфет, а себе взяли по бокалу ледяного, пенного шампанского. И хотя мне нельзя было, я попробовала глоточек – оно оказалось сказочным. Как и наши приключения в Ольборге.

- Спасибо за Ваше искусство, - услышала я приятный женский голос. Повернулась и встретилась глазами с Ее Величеством.

- Ваше Величество, Вам спасибо, - ответила я просто. – За все это. За эту сказку, в которой мы оказались, за этот потрясающий «Дом Музыки», который я никогда не забуду! За простоту, с которой Вы выходите к людям…

Она смотрела куда-то вниз. Я тоже перевела взгляд. Внизу стоял Дима и улыбался...