Дед Шура: в старом блокноте сохранились записки контрразведчика

Летопись своей семьи начала вести Галина Курляндчик после того, как ей в руки попал старый блокнот, случайно найденный среди документов.

Это оказался дневник её деда, ветерана двух войн А.Д. Сорокина. Расшифрованные материалы были размещены на сайте, а также издана красочная книга под названием «Сорокины». С  согласия автора предлагаем читателям несколько зарисовок...

Летопись своей семьи начала вести Галина Курляндчик после того, как ей в руки попал старый блокнот, случайно найденный среди документов.
Александр Дмитриевич Сорокин. Подпись на фотографии: «Дорогому товарищу и другу — жене Марусеньке. На добрую и долгую память. Смотри не теряй, не рви и не ломай. “Лучше вспомнить и посмотреть — чем посмотреть и вспомнить. 23/ I -31» .

- Прочитав дневник, я поняла: это бесценная семейная реликвия, - рассказывает Галина Курляндчик. -  И родилась мысль: хорошо бы дать возможность другим людям, кто интересуется жизнью предков, прочитать этот документ. И начала создавать летопись семьи. Я родилась в доме деда Александра Дмитриевича Сорокина, была его первой внучкой. Мне он мастерил детскую мебель у себя в сарае, позволял играть своим кортиком, меня брал с собой на базар за арбузом, когда мы с моими родителями приезжали навестить их с бабушкой Машей. Так что старый блокнот разбудил в моей душе бурю воспоминаний, эмоций, мыслей. Я словно прикоснулась душой к истории старших поколений. Дед был сыном своего времени, я — дочь своего. То, что для него было смыслом всей жизни, — для меня трагическая история моей страны. И она, пожалуй,  неотделима от истории моей семьи. Или наоборот? Судьба семьи неотделима от судьбы страны? Что первично: люди и их жизни, или государства и эпохи? Вечные вопросы, на которые ищет ответ каждое новое поколение.

СТРОКИ ИЗ ДНЕВНИКА:

Родился я в 1896 году в деревне Дымовщина, Вятской губернии. С 8-9 лет начал пасти скот у себя в деревне и пас 3 или 4 сезона. В 1908 году поступил в церковно-приходскую земскую школу, проучился две зимы и дальше учиться не мог, т. к. брата взяли в армию, отец был стар, некому было зарабатывать на жизнь, и меня отдали в батраки в деревню Овечкино.

В феврале 1918 года поступил в Красную Гвардию, принимал участие в ликвидации эссеро-меньшевистскаго заговора в г. Соликамске. После выхода декрета об организации Красной армии записался добровольцем и в числе 28 человек был отправлен в г. Свердловск,  где меня зачислили в пешую разведку 1-го Уральского рабоче- крестьянского полка.

В ноябре 1919 года я был назначен комиссаром стрелкового батальона. В этой должности дошел до г. Иркутска. К 1 Мая 1920 года в г. Иркутске я окончил партийно-политические курсы дивизии. В 1920 году нашу дивизию перебросили на Южный фронт против Врангеля. Мы выгрузились на ст. Лозовая и на второй день вступили в бой с бандами «Маруси»,  а потом и с врангелевцами. В конце октября месяца 1920 года подошли к Крыму. В Крым вошли 9-10 Ноября и остановились в г. Феодосия, а потом разместились в Карасубазаре и немецких колониях. Начали гоняться за батькой Махно и его бандами.

Комментарий Галины Курляндчик: После Урала и Сибири — Крым, юг России, Украина. И опять знакомые с детства имена врагов молодой Советской власти — Врангель, Махно. История, в написании которой участвовал и мой родной дед. И еще: в Крым-то «вошли» через гнилой Сиваш по горло в холодной ноябрьской воде. После этого у деда началась открытая форма туберкулеза, который мучил его долгие годы.

СТРОКИ ИЗ ДНЕВНИКА:

В августе месяце 1922 года прибыли в г. Днепропетровск и расположились. В октябре я женился на дочери машиниста паровоза Студенниковой Марии Георгиевне, 1903 г . рождения. Украинка, грамотная, культурная девушка. В октябре месяце 1923 года у нас нашелся первенец, назвали мы его Юрием. В эти годы, как раз был восстановительный период, жить было трудно а поэтому моя Марусенька с сыном летом 1924 года уехали в Орловскую губ. к бабушке.          

Комментарий Галины Курляндчик: Не могу забыть воспоминания бабушки и мамы о первых часах войны … Для меня это как кадры из фильмов. Вижу, как сыплются бомбы с неба!  Измученные люди с детьми и скарбом в тесноте товарных вагонов, толчея и неразбериха вокзалов, бомбежки … А для бабушки, мамы и ее двух маленьких сестренок это было не в кино, а в жизни!

СТРОКИ ИЗ ДНЕВНИКА:

Продолжаем выходить из полукольца. Уходим за Котовск, потом поворачиваем на город Ананьев. Последний оказался занят немцами, обходим его. Привели немецкого парашютиста грузина. Признался, что он попал в плен к немцам, завербован и переброшен с разведзаданием. Расстреляли.

Переправа через реку Буг была трудная, но потерь было немного. Идем на Николаев, где сутки отбиваем танковые атаки противника. Ночью 15 августа 1941 г. уходим из Николаева и движемся маршем к Днепру.

25 августа ниже с. Казачьего переправились на левый берег Днепра. Встретили своих. Нас отвели на 40- 50 километров от Днепра. Расположились,  начали приводить себя в порядок и приняли пополнение.

На правом нашем фланге была 12-я армия. Немцы пустили до 500 танков, и стали  отрезать нас к Азовскому морю. Нас придали к 12-й армии. С  ее остатками стали пробиваться на Темрюк. Полки прорвались, а штаб и мелкие части дивизии немцы отрезали  в Поповке. Мы вели бой 6 часов,  дотемна, а ночью все оставшиеся в живых вышли и к 8 часам утра достигли г. Темрюк.

Комментарий Галины Курляндчик: "Добрались! Вышли из кольца!" - дед не пишет, но позже он рассказал, что вместе с еще одним офицером вывел остатки своей дивизии из окружения. И не просто вывел, но и вынес знамя части, за что его наградили орденом. А 1 августа 1943 года записи в дневнике обрываются. Почему? Служба не дает? Наступление? А возможно, у деда Шуры после того, как перевез свою семью к месту службы, в Крым, не стало такой потребности вести записи, когда рядом три славные дочурки и любимая жена Мария Георгиевна. И служба в контрразведке, ведь он возглавлял этот серьезный орган на Черноморском флоте. До  самой пенсии.

Из воспоминаний дочери Стеллы: «Семья жила в Симферополе, отец служил в Севастополе. Перед самой смертью он поехал из Крыма на Дальний Восток к месту службы зятя Владилена Бабушкина и старшей дочери Светланы. Побывал в Улан-Удэ у маминого старшего брата Шуры Студенникова. У него была мечта поехать в Сибирь, где он воевал в молодости. Вот и  отправился в Приморье (село Покровка, километрах в 20 от города Уссурийска) весной 1963 года. Он очень болел - рак легкого, и весной 1964 года папы не стало. Я жила у Светланы, вылетела домой, но не успела на похороны. Но даже к тяжелобольному отцу люди приходили за советом. Я помню соседа по дому в Симферополе, у которого с моим папой была крепкая дружба. Мне рассказывали, что он не смог пережить смерть своего друга и вскоре тоже умер. У отца были государственные награды: орден Ленина, три ордена Красного Знамени, один орден Красной Звезды, медали: «За оборону Севастополя», «За оборону Кавказа» и другие».

Послесловие Галины Курляндчик:

- Конечно, мне не удалось прояснить все вопросы, ответы на которые я искала, когда составляла летопись. Могу лишь сказать, что за это время мой дедушка и вся моя семья стали мне намного ближе. Даже с начала «Записок» время ушло вперёд, много было пережито и оценено заново. Но мои «корни» сделали меня крепче. Пусть я не такая, как мой дед, но я окрепла благодаря своим корням, а это уже хорошо.

Подрастает молодое поколение Сорокиных, не знавшее войны. И как приятно в год 75-летнего юбилея Великой Победы советского народа над фашизмом осознавать, что потомки бывшего батрака, подполковника в отставке А.Д. Сорокина живут под мирным небом, что помнят заслуги предков. Галина Курляндчик провела целое расследование, чтобы создать сайт «Моё наследие», а также «вырастила»  генеалогическое дерево, в котором на 1 августа 2017 года насчитывалось 399 человек.  География у семьи получилась обширная. Тут и несколько стран: Россия, Украина, США, Австралия, Прибалтика, и города. В России – это  Улан-Удэ и Москва, Коломна и Новосибирск, Барнаул и Иркутск. В Крыму – Симферополь, Феодосия.  Профессий у потомков тоже немало: учителя и инженеры, программисты и финансисты, музыканты и поэты, агрономы  и строители, геологи и военные, библиотекари и художники. Жизнь продолжается.