Фантастический Крым: поход выходного дня под знаком Морского змея

За впечатлениями необязательно отправляться в дальние края - Крым может удивлять бесконечно

11.10.2018 в 22:58, просмотров: 833

 
Когда-то, зеленым майским днем, мы уже предпринимали попытку найти мифического Змея у крымских берегов. Тогда мы искали его на побережье у мыса Опук. Сейчас же отправились в другие места его предполагаемого обитания - от загадочного Кара-Дага до Меганома. Что и стало поводом для продолжения путевых заметок дилетантов-криптозоологов.

Фантастический Крым: поход выходного дня под знаком Морского змея
Ареал обитания змея.

Одно и то же чудовище курсирует вдоль побережья Восточного Крыма или всё же в каждой локации - свой Ящер? Это нам и предстояло выяснить в ходе нашей экспедиции.

Отправной пункт

 Основательно подготовившись, мы заполнили рюкзаки памяти различными легендами об интересующем нас объекте. Оказывается, еще древние греки панически боялись существа, живущего в Черном море у подножия Кара-Дага. Оно обладало способностью подымать шторма и топить корабли - уж неизвестно, из-за патологической ли неуклюжести или из вредности?

Геродот и тут вставил свои 5 драхм, описав его как гигантского черного змея с лошадиной головой, длинным хвостом и гребнем на спине. Легенду подтверждали и турецкие мореплаватели, жалующиеся султану на расшалившуюся рептилию, что топила их корабли. В дальнейшем некий «Змей» продолжал являться впечатлительным местным жителям, правда сменив лошадиную голову на заячью и начав питаться кровью овец.

Картина Андрея Водяновского.

Наш путь начался из Коктебеля.

 Среди плещущихся в прозрачной воде отдыхающих очевидцев появления Змея обнаружено не было. Судя по всему, курортный карнавал способен распугать самых холоднокровных доисторических рептилий. Поэтому мы отправились дальше.

 Доехав от Коктебеля до Биостанции, мы оказались с другой стороны Кара-Дага. Если верить источникам, ареал обитания Змея достаточно широк и включает в себя акваторию от Тихой бухты и аж до величественных холмов Меганома. Собственно, эту местность и предстояло исследовать.

Местные жители, занятые строительством муравейников мини-отелей, ничего конкретного не рассказали, кроме жуткой истории про запутавшегося в сетях дельфина с выкушенным вместе с ребрами нутром. Такие истории бытуют по всему крымскому побережью, но ни фотографий, ни каких-либо иных документальных подтверждений под собой не имеют.

 Отправной пункт нашего путешествия представляет немалый интерес.

Биостанция - небольшой ботанический сад, основанный в 1901 г. Т.И. Вяземским. Здесь есть дельфинарий, в котором изучались повадки этих забавных китообразных. И он, кстати, был первым в Союзе, поместившим дельфинов в условия бассейна.

 Войдя в ворота, оказываешься совершенно в другом времени. Здесь будто застыла атмосфера старого советского курорта - неспешно скользят тени по асфальту дорожек, прогуливаются отдыхающие, причудливые полусферические строения всё так же стоят на службе науки. Из сада дорожка ведет к полуразвалившемуся причалу и маленькому пляжу, усеянному крупными, нагретыми на солнце камнями. Тут впору проводить разнообразные SPA-процедуры. Прямо над бухтой нависает кряж потухшего вулкана, тут же неподалеку - начало экскурсионных маршрутов. На прогулку по тропам под предводительством гида мы не пошли, а решили сразу отправиться в сторону Лисьей бухты. Чтобы добраться в это, овеянное легендами место сборища хиппарей, нудистов, эзотериков и прочей разношерстно-неформальной публики, необходимо пройти через поселок Курортное, выйти на набережную и идти направо по пляжу, минуя лодочные гаражи.

Курсом к Лиске

 Надо сказать, местная набережная тоже весьма примечательна - против нее, в море, на расстоянии нескольких десятков метров от берега, возвышается гигантский бетонный обломок. Чего именно - неизвестно. Возможно, это часть санаторного комплекса, пустая многоэтажная коробка которого виднеется неподалеку на холме. Итак, минуя беспорядочное нагромождение эллингов, мы оказались на узкой глинистой тропинке, которая вела по каменистому берегу. Уже на этом этапе пути нам стали попадаться редкие тушки туристов, загоревших до состояния копченой рыбы. Дальше - небольшой перевал через камни - и мы в бухте. Вход в нее ознаменован ярким «маяком» - петроглифом, нацарапанным здешними аборигенами на одном из валунов.

Творчество романтических "дикарей".

 Сколько не слышали рассказов о «Лиске» - всегда пугали отсутствием питьевой воды. Но вот - предприимчивые туземцы позаботились и об этом - в ларьках, замаскированных под африканские бунгало, продается бутилированная вода, фрукты-овощи и прочие необходимые вещи.

Изначально название бухты - заповедника Эчки-Даг - было «Лысая». Вполне даже - справа возвышались морщинистые, выжженные солнцем и вытоптанные туристами холмы. Песок под ногами тоже какой-то неприветливый - темно-серый, судя по всему вулканическая порода. Обрывистый берег, нависающий над пляжем, отбрасывал холодную синюю тень, быстро съедая солнце.

 Вопреки ожиданиям, здесь было не многолюдно. Быть может, закат сезона и хиппи поразъезжались по городам, упаковываясь в деловые костюмы и спеша на работу в офисы. Да и те, кто нам встретился, были весьма цивильны - палатки из «Экспедиции», газовые горелки, раскладные столики-стульчики.

Бухта оказалась длинной, песок то и дело сменялся камнями, море бурлило под натиском ветра. Зайдя в очередную бухту, не сильно пригодную для купания из-за бурного возмущения волн вокруг острых валунов, мы начали подумывать о ночлеге. Поднявшись на поросший жухлой травой холмик и поглядев по сторонам, мы буквально онемели. Слева небо царапали зубцы Кара-Дага, плавно перетекали холмы Лиски, морщинясь, будто слоновья кожа, и убегали янтарной грядой вдоль свинцового моря, оканчиваясь справа молчаливым Меганомом.

Большой дом

 Это зрелище убедило нас идти дальше.

Через некоторое время дикая местность сменилась признаками цивилизации. Старые пансионаты, оживленный пляж, ларечки с фруктами и тандырной выпечкой. Где-то неподалеку, в закатных холмах, пряталась Солнечная долина.

 До Менганома, казалось, оставалось рукой подать. Вот он, лежит будто гигантская кошачья лапа. Но путь нам преградила военная часть, заградительная сетка которой тянулась долго и утомительно. Затем ее сменили такие же нескончаемые виноградники. Нестерпимо хотелось сорвать манящую фиолетовую гроздь, но вдоль виноградных рядов тянулся устрашающий черный провод. Быть может, сигнализация, а может, 220 V - от таких вот мелких воришек. Дорога вела нас через пастбище, тучи мух так и вились, норовя покусать. Солнце таяло где-то за Судаком. Наконец мы начали карабкаться по спине одного из холмов. Забираться было не так просто, но открывающиеся, поистине сказочные виды подбадривали. Недаром говорят, что с Меганома видна добрая четверть крымского побережья - от Кара-Дага до Ай-Петри. Панорама береговой линии, утопая в аметистовой дымке, раскрылась перед нами - за золотистой «лапой» Меганома уплывали тупоносенький Алчак, гора Крепостная, за ней - Сокол (Куш-Кая), смешной бычок мыса Капчик, скалистый Носорог (Караул-Оба) и уж совсем призрачно, кутаясь в туман, вырисовывались очертания Аю-Дага и Ай-Петри.

Путешествие по тропам Меганома будоражит воображение.

 Наконец, вершина была преодолена, и теперь вокруг нас вихрем кружил ветер. Над Меганомом это не редкость - мыс выдается далеко в море, да и космические энергии танцуют и закручиваются в спирали над этим удивительным местом. Легенд и поверий о мысе - множество. И призрачный мальчик манит к обрыву, и бесплотный парусник зловеще скользит по волнам. Ягненок, опять же. Правда, не такой фантомный, как остальные мистические обитатели, по крайней мере к нему полагается эзотерическая инструкция: мол, если его поймать, убить, снять шкуру, посидеть на ней в лунную ночь, избавление от всех недугов гарантировано. А заодно и приобретение магических умений и навыков.

…А вокруг - холмы, холмы и совершенное безлюдье. Только внизу, в бухточке, виднеется несколько домиков.

 «Меганом» с древнегреческого - «большой дом». Хотя особо крупных поселений археологами здесь обнаружено не было. Впрочем, нельзя отметать вероятность, что виной всему тот самый Ящер, любивший закусить античными переселенцами.

 По змеевидной тропе мы дошли до оконечности мыса. Точнее до одного из его «пальцев». Тут застыло под дыханием ветра кряжистое деревце, будто прикрываясь от непогоды корявыми ветками. Рядом с ним - маленький кромлех, сооруженный, судя по всему, заезжими эзотериками.

Останавливаться на ночлег на склонах, продуваемых всеми ветрами, - явно не вариант. Сдует вместе с палаткой. Поэтому решено было спуститься в село, к морю. Поближе к цивилизации… какой-никакой.

Призрак Меганома

 Стремительно темнело. Дорога всё петляла меж холмами, но вот за поворотом наконец забрезжили огоньки деревеньки. Как оказалось, вполне себе стивенкинговской. Не покидало ощущение, что населенного пункта тут, среди первозданной природы, просто не может быть. Зато быть может, прячущиеся в сумерках домишки - призрачны? И это лишь одно из проявлений мистики здешних мест?

 Но вот у подножия холма возникли объясняющие всё, вполне материальные, в частности - железные, ворота очередной военной части. «За НЛО ведутся наблюдения!» - промелькнула трезвая мысль.

 Поселок был погружен в сонный полумрак, лишь кое-где светились окошки. Ветер совсем по-осеннему завывал в тополях, шумел поблизости рассерженным прибоем. На берегу мы заметили очертания чего-то громоздкого, вздымающегося над домишками темным пятном. Постепенно черная громадина обрела очертания - корабль. Может, судно, потерпевшее крушение и вытащенное местными мародерами на пляж для дальнейшего разграбления? Мало ли, какие причуды возникают тут, вдали от цивилизации. Или это рыболовецкая посудина? Но отчего такая огромная? Или… тот самый корабль-призрак, что появляется в здешних водах?

Приблизившись, мы поняли - это парусник эпохи Великих географических открытий. Потемневшее от влаги дерево, дыры в обшивке, впивающиеся в небо мачты и проволочный каркас. От созерцания грузной, покалеченной туши стало еще более жутко. Да, вот он - меганомский призрак, выброшенный на скалы столетия назад…

 Мистику развеяла табличка: «Парусник XVII в., строительство. Экскурсии». Но пройдя на пляж, мы всё еще, поеживаясь, оглядывались на корабельный труп.

 Бухта представляла собой корнуольский пейзаж из романов Дафны Дю Морье - небольшой полумесяц берега, состоящий сплошь из острых, скользких камней, о который с неистовым шипением разбивались волны. Безнадежность сквозила в ветре, расправляющем призрачные паруса.

Так как у входа на пляж висела табличка, запрещающая разбивать палатки и жечь костры, место для ночлега пришлось искать в самой деревне. Точнее на ее окраине - у дорог, рядом с пустым, строящимся зданием. Будущим отелем, судя по всему. На первом этаже горел неверный свет, ветер хлопал крыльями палатки, Меганом погрузился в сон. Так и казалось, что посреди ночи нас разбудит процессия с факелами и потащит на берег - приносить в жертву Морскому божеству. Луна мечется в черной, кипящей воде, а по мокрым камням скользят щупальца…

 Но ночь прошла благополучно, лишь единожды разбудил лай переговаривающихся собак.

 Утро заползло в палатку туманной дымкой и запахом догоревших костров. Деревенька была безлюдна, и только кудлатая собачонка провожала нас по пустынной дороге.

 Уже на выезде безымянный поселок обрел название - пыльный, покосившийся столб с указателем «Бугаз». За спиной вставало солнце, разгоняя темные страхи, а под подошвы кедов ложились плиты дороги, ведущей в Судак. Так и проходил сезон под знаком поиска Морского Змея.