Похождения севастопольского гидроакустика: от подводной «малютки» до маршала Булганина

Мичман Конашков прослужил на флоте 40 лет

30 марта 2017 в 17:31, просмотров: 1224

Сначала Ивана определили в артиллерию. Но он представился музыкантом. Не хочет, дескать, оглохнуть и стать глухарем. Тогда военком – полковник Виноградов говорит: «На флот музыканта, в гидроакустики»...

Похождения севастопольского гидроакустика: от подводной «малютки» до маршала Булганина

Родом Иван Конашков из деревни Загорье Чечерского района в Гомельской области. Семья была большая, восемь детей: Евфросиния, Варвара,  Анастасия, Иван, Алексей, Мария, Василий, Паша. Остались только Иван и Паша, все остальные погибли во время войны. Иван Степанович вспоминает эти годы: «Освободили нас в ноябре1943-го. Когда мы вышли из леса, от деревни остались только стены: ни мебели, ни одежды, ни продуктов, даже сесть не на что было. Школу я закончил после войны. Работал секретарем сельсовета. Создал комсомольскую ячейку. Играл на гармошке, вел военно-учетный стол. Я имел право не служить в армии. Но этим правом не воспользовался. Не хотел, чтобы меня называли белобилетником. В то время за такого парня ни одна  девушки  замуж  бы не вышла, сказала бы: «Позор!». В армию я призывался 7 ноября 1950-го, уже 21-летним. В сельсовете мне дали красивую тележку, на которой я приехал на призывной пункт. Там нас посадили в грузовики, потом в поезд и отправили в Ленинград».

Хороший слух

Сначала Конашкова определили в артиллерию. Но он представился музыкантом. Не хочет, дескать, оглохнуть и стать глухарем. Тогда военком – полковник Виноградов говорит: «На флот музыканта, в гидроакустики». Прибыли призывники из Гомельской и Могилевской областей на место назначения ночью. Накормили макаронами по-флотски, выдали форму. Утром ребята друг друга не узнали. Так и попал Иван служить на подводный флот. В учебном отряде преподавали  гидроакустику, гидролокацию, радиотехнику, электротехнику. Конашков старался вовсю: «Я был комсоргом. Учился на отлично.  Это мне дало право выбора места службы. Я отдал предпочтение Черноморскому  флоту. В конце мая на эсминце «Быстрый» нас отправили  в Черноморск, а потом катерами доставили на подводные лодки. Я попал на 237-ю «малютку» 15-й серии. Мне эти лодки очень нравились». Командиром  237 был участник войны, капитан третьего ранга Константинов. Прежде, чем допустить молодого матроса к службе, его знания сначала проверил инструктор РТС  Янкин, потом начальник РТС, флагманский специалист, капитан второго ранга Подколзин. Иван получил оценку в пять баллов. Подколзин пошутил: «Янкин, готовь себе смену». Но в каждой шутке есть доля правды.  И спустя некоторое время, по поручению Янкина,

Конашков уже сам проводил занятия с пополнением.  Через несколько месяцев перспективного гидроакустика перевели на 247-ю лодку, а еще через год - на 72-ю лодку  613-го проекта. Командир лодки - Дягилев. Распорядок дня был таким: до обеда механик проводил занятия по изучению  устройства лодки. А во второй половине дня на практике закрепляли эти знания.  Только Конашков сжился с командой, как на 68-ой лодке у старшины команды акустиков обнаружили родственников за границей, в Америке. Его убирают с этой лодки, а Конашкова переводят на его место. Не хотел он переходить, шутил: «Если на этой лодке так тщательно проверяют личное дело, вдруг у меня найдут какого-нибудь родственника-бендеровца».

     В 1954-м прошли учения. Экипаж 68-й лодки  вышел на стрельбы на приз главкома.  Конашков гордится той стрельбой: «Когда четыре торпеды прошли под килем, услышали: «Благодарим за стрельбу».  А  когда всплыли, то узнали, что получили «отлично». За это лодке дали 4 тыс. рублей премиальных. Радость за успех была усилена чувством единения и сплоченностью команды.  Наш замполит Саша  сумел создать замечательный микроклимат в коллективе. У нас никто не пил, не курил, не выражался.  В увольнение ходили все желающие. Его любили и любят все подводники  по сей день».

Срочную службу Иван заканчивал в 153-й бригаде. Когда он призывался, служить надо было 7 лет, а в 55-м Хрущев издал указ, по которому срок службы у  подводников сокращался до 5 лет. Год призыва Конашкова должен был демобилизоваться. В это время вышел указ об увольнении из вооруженных сил 1,2 млн. человек. «Нас из флота буквально гнали, используя любой повод, - рассказывает Иван Степанович. - Кто на замполита плохо посмотрел, кто выпивал, у кого в семье неполадки. Я же хотел остаться на сверхсрочную службу. Я взял соцобязательство поддерживать станцию в работоспособном состоянии, без ее замены. И когда  в Доме Офицеров подвели итоги за год, то отметили, что моя бригада была лучшая. Меня оставили на сверхсрочную службу. Школы мичманов в то время еще не было, мне  дали погоны мичмана через три месяца.  Служить с лодки  я перешел в Штаб Флота.  В это время на 68-ю лодку  назначается  новый командир -  Богачев Виктор Гаврилович.  Принимая  команду, он обратился с просьбой к командиру бригады Рубцову: «Я прошу, что бы Конашков на стрельбах был у меня». Резцов ответил «Конечно, будет, он же хочет, чтобы приз главкома остался у нас».

Подарок Булганину

      В 1955-м на Черноморский флот с визитом прибыли Гречко и Булганин – будущий министр обороны.  Они  вышли в море на крейсере «Адмирал Нахимов». Стрельбы были успешными.  Булганин поздравил командира крейсера капитана второго ранга Чулкова и вручил ему  погоны капитана первого ранга.  Горшков  - командующий Черноморским флотом, узнав, что у Булганина 11 июня юбилей – 50 лет, решил сделать ему подарок – макет крейсера «Адмирал Нахимов» из слоновой кости.  Подобный крейсер черноморцы дарили Сталину. Когда  вождь после войны приезжал в Севастополь, то  Кузнецов Николай Герасимович,  командир крейсера «Червона Украина»,  подарил Сталину  макет этого крейсера.  Тогда выполнил работу Юсупов – матрос с линкора «Севастополь», мастер – «золотые руки», который мог и «блоху подковать». Сейчас,  изготовить макет, было поручено тому же Юсупову. Работал он 22 дня, не упустил ни одной детали. Рядом с ним постоянно находился механик с чертежами с этого крейсера. За работу Юсупов получил 22 тыс. рублей.  Для вручения подарка, Горшков сформировал делегацию,  состоящую из трех человек: Чулкова – капитана 1 ранга, Бабича – летчика истребителя-перехватчика из Качи и Конашкова –  мичмана подводника. Пройдя  подготовку и инструктаж, 10 июня вечером делегация вылетела в Москву.  Во время перелета и в Москве Конашков должен был держать на руках огромный, завернутый в зеленый бархат, макет. Командующий флотом  лично приехал на аэродром проводить троицу. Он похлопал мичмана по плечу и сказал: «Не подведи, на тебе лежит ответственность». В Москве на аэродроме «Измайлово» гостей встречали двумя машинами: «Победа» и «ЗиМ». Конашкова посадили в «ЗиМ» на среднее сидение, а сзади сел летчик-истребитель Бабич. Он для подстраховки  держал мичмана за плечи.  Приехали в министерство военно-морского флота. Поднялись на второй этаж. Дальше - по широкому коридору до кабинета № 10  с табличкой «Председатель  Совета Министров СССР. Маршал Советского Союза Николай Александрович Булганин». Открывается дверь, а за ней опять коридор – вход в канцелярию. В канцелярии уже  Постышев – начальник протокольного отдела Совмина с делегацией. К Булганину они зашли перед нами и были  у него 7 минут.  Черноморцы же беседовали  с маршалом 48 минут. Рассказывал он, рассказывали они. Конашков описал,  какие недостатки имеет лодка: «Всего 11 тонн воды на 45 суток. Не моемся, воды не хватает даже на 10 суток».

Албанские берега

Довелось Конашкову ходить в Албанию.  В Албанию Советский Союз отправил четыре новейшие подводные лодки 613-го проекта и плавбазу. Мичман чувствовал в походе себя отлично: «У меня была замечательная каюта с удобствами в которой я жил один. Когда мы шли в Северном море американцы пытались устроить провокацию. Параллельным курсом с нами шла  яхта, повторяя все наши маневры. Когда мы зашли в Копенгаген, яхта сделала попытку спровоцировать столкновение. Но у них не получилось. Мы с ювелирной точностью уклонились на один метр. У нас был опытный командир Комаров и замечательная команда». 

В запас Конашков пошел в 1989 году, прослужив  ровно 40 лет.  Дали ему работу в 5-м отделе по приемке и выдаче аппаратуры на корабли. Потом он перешел работать в госпиталь. Сначала заместителем начальника продовольственной службы, а потом  и начальником. Проработал там 10 лет. За это время  он  на отлично окончил  вечерний техникум по специальности «технология приготовления пищи и расход». На пенсию Иван Степанович ушел 22  января  2002 года. До сих пор любит стряпать: готовит вкусные и красивые блюда. Сейчас, наконец, нашел время засесть за мемуары. Много собрал материалов о своих белорусских родственниках, о партизанском движении. Да и гармошку не забывает, берет изредка в руки. И каждый год участвует в праздничных встречах ветеранов-подводников.




Партнеры