От военного городка до вольерного хозяйства
Своим современным обликом эта лесная дорога во многом обязана Министерству обороны СССР. А до этого - военному ведомству Российской империи. Была эта дорога и в средневековье, хотя и более скромная.
Многие севастопольцы старшего поколения помнят те времена, когда на вершине мыса Айя на фоне неба отчетливо читались контуры радиолокационных станций. Ориентировочно 60-е - 80-е годы прошлого века. Этот пост имел кабельную связь с ракетными дивизионами комплекса «100» и мог выдавать им целеуказания для поражения кораблей вероятного противника по всему Черному морю. Была и непосредственная радиосвязь со штабом Черноморского флота. Вот в те времена и появился термин «дорога в никуда». Идет себе путник по пустынной лесной дороге, а тут перед ним шлагбаум и караул стоит, разворачивает обратно. Вот и пришел в никуда. Хотя, конечно, и тогда существовали тропинки, по которым можно было в Балаклаву уйти. Да и вершина Куш-Кая была доступна для всех желающих. Хочешь - штурмуй альпинистскую вертикаль по маршруту от первой до пятой категории сложности, хочешь - по лесной тропе с Ласпинского перевала карабкайся. Есть еще дорога из села Гончарного исключительно для машин высокой проходимости. И «дорога в никуда».
Проезд по этой дороге был строго ограничен шлагбаумом лесного ведомства. И сейчас он подконтролен лесникам. В конце 80-х годов радиолокационную станцию демонтировали, военный городок разобрали по камешкам. Остались только бетонные капониры для машин. Вроде и военной тайны уже никакой не было, но в период украинского президенства Виктора Януковича на огромном участке к югу от хребта Кокия-Бель был построен гигантский вольер для содержания оленей, косуль, кабанов. По дороге шло интенсивное движение строительной техники. Завозили столбы, металлическую сетку для четырехметрового забора из толстой проволоки, бетон, другие стройматериалы для оборудования вольера. Сетку закапывали на метр в землю, чтобы кабан не сделал подкоп. Был основной въезд с тамбуром (защита от возможного побега зверья), с воротами для проезда машин. Позже, под давлением общественности, появились две подпружиненные калитки для прохода в вольер. Одна - у вершины Куш-Каи, другая - над Инжиром по пути к роднику Аязма-Чокрак. На калитках висели плакаты: «Не выпускайте животных. Закрывайте за собой калитку».
На территории вольера еще недавно хорошо угадывались чаиры, заброшенные и одичавшие сады. Груши, яблони, сливы растут здесь уже в десятке поколений. Один из сотрудников вольера сделал около сотни прививок культурных современных сортов к тем деревьям. И даже урожай успел увидеть. В лесу встречаются груды камней, которые вполне могли когда-то быть домами древнего поселения. Есть два родника и поилка для зверя.
Но история не терпит сослагательного наклонения. До элитной охоты в вольере дело так и не дошло. Президент Янукович не только на охоту не приехал, но и сам стал объектом нешуточной охоты. Приватизированный и перестроенный им пансионат «Мыс Айя» на берегу моря так и не стал центром подготовки к охоте на крымского зверя. Вольер в той или иной форме просуществовал еще десять лет. А в 2024 году его полностью демонтировали, ограждение сняли, столбы увезли. Еще с 2021 года охота в Севастополе полностью запрещена. О временах массовой охоты напоминают только полуистлевшие скамеечки для номеров на просеках. Так что сейчас олени, косули, кабаны, муфлоны и другие звери чувствуют себя привольно. Их реально встретить на многих лесных участках города и на яйлах. Главное - не шуметь, не рекламировать себя, не пугать зверя. Во время снегопада 17 января на «дороге в никуда» наша группа видела два стада косуль. А на снегу остались свежие следы оленя благородного и кабана. О зайцах и лисах и говорить не приходится, этот участок леса - их владения.
История в веках
Почему «дорога в никуда» не пользуется популярностью у туристов? Да потому, что на ней нет обзорных или видовых точек. Лес надежно закрывает горизонт от пешехода. И на протяжении всего пути не удастся увидеть ни море, ни окрестные горы, ни Байдарскую или Варнутскую долины. Да и саму дорогу строили с таким расчетом, чтобы она не была видна ни с одной точки Крыма.
Эта цель была достигнута благодаря своеобразному профилю дороги на теле хребта. Есть бетонные подпорные стены, водоотводные канавы. Во многих местах крона леса смыкается над дорогой, делая комфортными прогулки даже в летний зной. Высшая точка над уровнем моря - 700 метров.
Без этой дороги не мог быть построен наблюдательный пост Черноморского флота на вершине горы Куш-Кая (664 м). Он просуществовал до 1942 года, когда немецко-румынские оккупанты в ходе борьбы с партизанами взорвали сооружения. Руины и по сей день находятся под покровом леса в 50 метрах к северу от вершины горы.
Некоторые любители придумывать легенды и завораживающие истории приписывают эти тесаные камни некоему храму Святого Илии, устанавливают деревянные кресты, создают импровизированные алтари и разжигают свечи перед принесенными иконами. Иногда оставляют пожертвования в виде монет, конфет и печенья.
Если углубиться в историю, то нужно вспомнить и о крепости Кокия-Исар на вершине одноименной горы (559 метров над уровнем моря). Построена она была в XIII веке, предположительно или греками, или готами для укрытия населения Варнутской долины (ныне села Гончарное и Резервное). Крепость мало чем отличалась от аналогичных исаров того периода истории. Высота стен достигала 4 метров при толщине 1,5 метра кладки из бута на известково-песчаном растворе. Протяженность крепостной стены - более 50 метров. Угадываются контуры двух прямоугольных башен, одна из которых могла служить донжоном. Описания ее есть в путевых записках путешественников XVIII века. Крепость относительно хорошо сохранилась до середины прошлого века, но потом ее камень пошел на строительство воинской части. Древняя кладка полностью разобрана и до наших дней не сохранилась.
Зимнюю прогулку мы ограничили «дорогой в никуда» до вершины Куш-Кая. Протяженность составила 7 км в один конец с набором высоты около 350 метров. Снег валил в течение всего дня, и на вершине снежные тучи почти полностью закрыли горизонт. Обзорные фотографии сделать не удалось. Своих следов на обратном пути мы не видели, но дорога читалась однозначно. Видами снежного леса насладились надолго.
