"Депо Пегаса": вечер с безногими пиратами в Джанкойском порту

01.03.2018 в 22:52, просмотров: 1010

Они называют студиями гаражи или комнаты с глухими бабками за стеной; они называют «работой» игру на улице с чехлом от гитары для пожертвований, они мечтают…

Была я как-то в молодёжной литературной студии “Депо Пегаса”.

Это небольшая комната, на стенах которой прибита, прилеплена и пришпилена всякая художественная всячина. Проходило очередное занятие, читались стихи, отрывки прозы и неожиданно для всех присутствующих на огонек к нам зашли музыканты, Сережа и, как он себя называет - Вильям. Вильям – в первую очередь, музыкант и исполнитель.  Сережа - автор текстов, известен в местных литературных кругах, надо сказать довольно узких.

Это два ярких представителя музыкального авангард а, раз так, то и вид у них был соответствующий: Сергей с длинными русыми волосами, в ушах серьги, в повседневной своей одежде (рок-н-ролльная кожа, розовые штанишки). Вильям, то ли с “дредами”, то ли в бурой шапочке-макраме, но зато в официальном костюмце.

Запел:

Никогда я не был на Босфоре

Ты меня не спрашивай о нём

Расскажу, как я гулял в Джанкое

Теплым солнечным сентябрьским днём.

Слушаю.

Думаю:

Одной ли мне сейчас мерещатся кудрявые матросы в порту Джанкоя на шезлонгах (а Джанкой, надо сказать, железнодорожный узел в глухой степи)?  И тут у меня в голове проскочила мысль, что где-то я уже это слышала. Сыграно хорошо, спето еще лучше, но такое ощущение, что у меня дежавю. И стиль, и голос… Возможно это из-за того что я и сама связана с музыкальным сообществом? Впрочем, была одна вещь, которая зацепила мою музыкальную душу - это сама игра на гитаре. Вильям выстукивал пальцами по струнам дивную мелодию, что манила слушателя погрузиться в слова песни.

Тут во мне проснулся журналист, и я решила порасспросить ребят:

Начала с Сергея.

Я: - Если бы вы оказались в 80-х, то какие бы стихотворения писали? О чём?

С: - Писал бы то же, что и сейчас. Думаю в 80-х это было бы даже интересней, потому что люди в то время относились к поэзии более трепетно, и сам жанр еще был актуален

Я:  - А какой это у вас жанр?

Вклинивается Вильям:

На данный момент вопрос жанра для нас не концептуален, играем, что играется. 

Я: - Ваше творчество не только чудно, но и чудно, какие загадки в нем таятся?

Отвечает Сергей: В нем таятся женские ноги, как ни странно - и мои ноги; снег со вкусом дождя - дождь со вкусом ободранной стены; стейк семги, поджаренный на костре моей любви, падающий болид в ушное отверстие Бога, ягоды ежевики, растущие в зрачках; полная луна в июле, которая распадается на пиксели, и шершни в душе Вадима Шершеневича…

(Хорошо, что я знала кто такой Шершеневич – это поэт Серебряного века, из той же обоймы, что Гумилев, Ахматова… А то вообще потопла бы в этом потоке ассоциаций)

Я: - Какие эмоции ощущаешь, когда слышишь свои стихи, уже как слова песни?

С: - Если автор музыки на стихи человек действительно талантливый, то  эмоции самые позитивные… Я вообще за любые слияния своей поэзии с другими жанрами. С живописью, например.

(Тут я вспомнила – Сережа же у нас еще и художник! И в самом деле, его поэтическая инсталляция «Дума о мосте», где его стихотворения следовало слушать в наушниках, глядя на какого-то глазастого чудака на фоне Кpымского моста – да, произвела если не фурор, то впечатление).

Перехватила заинтересованный взгляд Вильяма, обратилась к нему:

Я.- Создавая музыку, какой смысл вы вкладываете?

В. - Сама музыка, как по мне, не несет смысла, это поток эмоций. Смысл в текстах, а в текстах пользуюсь палитрой от незамысловатых легких образов, наподобие песен регги, до сложных авангардных и абсурдистских построений с многослойными смыслами.

Я. - Хорошо. Тогда с чем ассоциируете свою музыку? С чего идет начало? И почему именно такой жанр?

В. - За 15 лет мне довелось увлекаться музыкой многих жанров, научится играть на разных инструментах. Начинал с тяжелых направлений, метал, рок. Доводилось играть рокабильный панк, гастролируя по Германии в течение 4 лет. Вернувшись на Родину, записал несколько пластинок прогрессивного металла. Затем решил использовать только камерные инструменты в акустическом звучании. Далее пошли регги и блюз, постоянные выступления и фестивали с разъездами по Питеру, Москве, Крыму и другим регионам России. После я изучал джаз и традиционную музыку разных народов - индийскую, африканскую, турецкую, еврейскую, балканскую. Руководил многими коллективами в разных городах, занимался арт-менеджментом… Таким образом, за последние 5 лет постоянных разъездов у меня появилось много сотрудников и друзей.

Отчего-то захотелось отомстить. Так. Беспричинно. Поэтому спрашиваю обоих:

- Каким вам представляется ваш успех на музыкальном поприще? Как будет выглядеть «дело всей жизни», когда вы его, наконец, сделаете?

С: - Так оно же «всей» жизни! (смеётся) Откуда нам знать…

Я. - Возвращаясь к сегодняшнему вечеру. У одного из слушателей сложилось мнение, что ваша музыка напоминает группу "аукцион". У другого от песен появилась в голове картинка с безногими пиратами в степном Джанкойском порту. А как вы сами опишите свое музыкальное творчество?

В. ай-на-нэ!

…Ну что ж, в принципе диагноз мне понятен, потому что и сама страдаю. Мы все тут больны творчеством. Ссылаясь на свой опыт, а опыт у меня богатый, в том смысле что похожий, тоже создавала группы и понимаю как никто этих людей. Но…

«Ребятки… - так и слышится голос абстрактной бабули. - Тридцать лет все-таки, делом бы лучше занялись!»

 А и в самом деле.

Посмотреть на ситуацию от лица молодой девушки - меня например. Эти люди бегают от работы к работе, не имеют постоянного заработка. А что есть, вбухивают в свои фантазии. И что дальше? Вечная боязнь остаться без дома, без денег, без всего. И выйти на улицу с чехлом от гитары, как последний способ заработка…

Молодцы парни, конечно, приятно и весло проводить время вместе, но если бы меня спросили:

“ Вышла бы ты замуж за музыканта?”

Я бы тактично, но решительно ответила: - «Ну, на… Ну, надо оно мне?»

Отказалась бы, в общем.