Джек Восьмеркин о подводном Крыме и своем открытии Америки

Популярный актер и востребованный педагог рассказывал, как тонул под Евпаторией и при каких обстоятельствах познакомился со Сильвестром Сталлоне

07.06.2019 в 18:56, просмотров: 13794

6 июня умер замечательный актер, которым восхищались миллионы советских зрителей, который добился успеха и в продолжении своей карьеры за океаном. Ему было всего 59... Отечественные фильмы с его участием мы видим часто на разных телеканалах, поэтому для нас Александр Кузнецов всегда оставался где-то рядом. Но после съемок на полуострове в фильме «Мужские тревоги» он побывал в Севастополе и Ялте спустя 30 лет, и в разговоре с «МК в Крыму» с удовольствием вспоминал крымские эпизоды своей молодости…

Джек Восьмеркин о подводном Крыме и своем открытии Америки

Справка МК

Александр Кузнецов род. 2.12.1959 в Приморском крае. Уже с третьего курса Театрального училища им. Щукина был принят в труппу Театра на Малой Бронной. Окончил «щуку» в 1985 г. На большом экране дебютировал с главной ролью Незнама в скандальном для советского времени фильме Сергея Овчарова «Небывальщина» (1983). Всесоюзную славу кинозвезды ему принесла главная роль в картине «Джек Восьмеркин – американец» (1986). Свою Америку актер открыл в начале 90-х, когда получил приглашение на участие в сериале «Аляска Кид» (1991-93). Этот проект открыл ему путь в Голливуд - к ролям в фильмах «Разрушитель», «JAG», «Беверли-Хиллз, 90210», «Космические ковбои», «Миротворец», «VIP», «Шпионка», «Семь дней», «Везунчик»… За океаном развивалась и его школа актерского мастерства «International Actors School» с методом обучения, основанном на системах Константина Станиславского и Михаила Чехова. Среди его с лушателей оказался и сценарист Владимир Лерт, с которым Кузнецов снял фильм «Тевье» (2014). С 2009 г. преподает также и школе-студии МХАТ. Сейчас много снимается в отечественных фильмах «Карпов», «Метод Фрейда», «Шпион», «Легенды о Круге», «Розыск», «Королева игры»… Умер 06.06.2019.

Звездные расклады и сложения

- Роль в картине «Джек Восьмеркин – американец» практически со старта карьеры обеспечила вам статус звезды советского экрана и на многие годы для зрителей ассоциативно связала с этим образом…

- Знаете, я долго размышлял над этим. Как это случилось? Я ведь в эту картину попал практически пробегая по Щукинскому училищу, опаздывая на лекцию. Вижу в коридоре моя однокурсница Даша Михайлова стоит – уже известная на тот момент актриса. Я у нее спрашиваю: «Даша, где у нас лекция?». А она с какой-то женщиной разговаривала. Даша назвала номер аудитории, а ее собеседница вдруг говорит: Саша, а можно вас на секундочку, поговорить?». Это была кастинг-режиссер «Джека Восьмеркина» и они мне тут же дала сценарий почитать. Чуть позже я его прочитал. Мне с одной стороны понравилось, а с другой - много вопросов осталось. Я даже съездил в Ленинград - «попробовался» удачно. И в это же время еще появилось предложение, в пользу которого я сделал выбор – захотел сниматься совсем в другом кино. И надо отдать должное Евгению Марковичу Татарскому - режиссеру «Джека», который специально приехал в Москву, поймал меня в училище, прям за шкирку схватил! Я четко помню его лицо - полное негодования: «Ты что, идиот? Ты ненормальный? Ты вообще ничего не понимаешь в кино! Это будет шедевр! Это будет твоя звездная роль! Столько музыки, столько юмора!» И он меня убедил. Но даже когда мы уже снимали, я не мог себе представить, что картину воспримут с таким успехом. Такое же ощущение было и на съемках «Приморского бульвара». Ну, хороший фильм, ну, замечательное место съемок – Одесса...

- А девушки какие!

- Да, конечно, еще и замечательные актрисы – Ольга Кабо, Аня Назарьева…Хороший возраст. Мы были чудесные и как-то проводили вместе время. Ну я конечно тоже не мог себе представить, что это будет такое знаковое кино. Потом уже, анализируя свою судьбу, оглядываясь назад, пытался понять – как же это происходит?! Честно говоря, это вот какие-то космические стечения обстоятельств… Я недавно услышал хорошее выражение «Если ты ищешь что-то, то это что-то ищет тебя». Это какое-то соединение нескольких ингредиентов для того, чтобы фильм стал успешным и такое бывает нечасто… Я этого сильно хотел. Я до сих пор люблю свою профессию, отдаюсь ей максимально, честно, искренне и с артистизмом. Но вот на тот момент какие-то звезды сошлись...

- А потом в вашей реальной жизни, как у Джека киношного, случилась Америка. Что за пасьянс тогда сложился?

- Так получилось, что в 1991 году я снялся в Москве сразу в двух американских кинопроектах. Один из них – это телесериал «Аляска Кид» по произведению Джека Лондона «Золотая лихорадка», где я впервые сыграл негативную роль - негодяя, который совершает огромное количество преступлений. И второй фильм - «Бегущий по льду». С этими двумя картинами в конце 91-го года, сразу же после ГКЧП, я выехал в Лос-Анджелес на их озвучание и досъемки. Тогда, к сожалению, советский кинематограф у меня на глазах практически как карточный домик сложился и превратился в никому не нужную атрибутику. Киностудии закрывались и превращались в какие-то склады, помещения для баров, ресторанов…

Это было очень печальное зрелище, и когда в результате в 91-м году в декабре месяце я уже закончил свою работу по озвучанию и досъемкам я вдруг стал получать предложения работы в голливудском кино, потому что у меня на тот момент были уже достаточно хорошие резюме на английском языке, две главные роли, был более-менее приличный, удобоваримый английский язык - я снимался практически полтора года на английском языке в этих двух картинах. Хотя этого было очень недостаточно для того, чтобы реально работать в Голливуде. Но так или иначе начали поступать предложения. Одна из первых моих картин - «Разрушитель» с Сильвестром Сталлоне. Я просто оказался там, совершенно случайно, в первый же съемочный день. И вот как мы сейчас с вами сидим за столом – ко мне подсел Сильвестр Сталлоне. Он посмотрел на меня: «А ты кто? Чего я тебя не знаю?». На что я ответил: «Я – русский». И он из этого устроил маленькое шоу: «А-а-а, русский в Голливуде!». Все это было интересно, и, естественно, я стал подумывать возвращаться ли мне в СССР. Я так созванивался с друзьями, они говорили – работы нет, чем заниматься непонятно и я сделал свой выбор: решил остаться на какое-то время поработать в Голливуде, чему я безумно рад, потому что - это для меня… Настоящие, хорошие и кинематографические, и жизненные университеты - я многому научился в Голливуде. Для меня это был какой-то вызов, потому что я вдруг понял, что там надо расширять свой актерский диапазон и в принципе мне было очень интересно поискать какие-то разные стороны любого персонажа. Как говорил великий Станиславский: «Когда ты играешь хорошего, ищи, где он плохой».

- Вы ведь эти принципы русской актерской школы продвигаете в актерские массы американцев…

- Да, я веду много тренингов на английском языке - я уже занимаюсь уже 19 лет занимаюсь педагогикой, и сначала начал работать с актерами. Сейчас для меня принципиально важно не только дать знания студентам, но и сделать это быстро, эффективно, красиво, так чтобы во время удовольствия, грубо говоря, во время игры люди получали не только знания, но и навыки.

- Отечественные кинематографисты вас не забыли?

- Я активно участвую в процессе. Только в 2013 году я снялся в 14 сериалах и в двух художественных фильмах российского производства. Один, правда, до сих пор завис, потому что он совместно с Украиной. Для него я написал сценарий совместно с моим товарищем Владимиром Лертом, который учился у меня в школе - в Лос-Анджелесе. , Молодой талантливый парень, очень яркий и очень хороший режиссер и сценарист. Вместе мы написали сценарий по рассказам Шолом-Алейхема «Тевье-молочник». Он отснял три четверти фильма, и он ждет своего часа…

- У многих актеров со временем и с опытом проявляются режиссерские амбиции. Вас эти терзания миновали?

- Я не критично отношусь к актерам, которые занимаются режиссурой. Мне кажется это естественно, если человеку хочется, если он чувствует желание, если у него есть на то соратники, которые ему помогают, значит люди в него верят. И значит он имеет право это делать. У меня тоже есть несколько опытов режиссерских. Я снял семь серий в долгоиграющем сериале «Неравный брак». Хороший материал, все было достойно, все были счастливы… И сейчас у меня есть наметки на режиссерские работы, но пока как-то не складывается ситуация. Но и я не рвусь особо, не тороплю события, всему свое время.

Крымские погружения

- Как вам удалось при своем плотном графике выкроить время на поездку в Крым?

- Знаете, я как-то поймал себя на мысли, не в первый раз даже, что мы работаем для того, чтобы жить, а не живем для того, чтобы работать. Я стараюсь как-то балансировать между работой и хобби, и тем духовным ростом, личностным ростом, которым я до сих пор уделяю внимание. Ну и семье, конечно же, уделяю время… И вот ради этой поездки в Крым, в «Артек» я просто отказался от хорошей работы на 10 съемочных дней.

- Такую роскошь мало кто себе может позволить

- Мало кто… Но как раз в тот момент, когда я уже принял решение ехать, возник этот проект телевизионный. Мне позвонили: «Александр, мы вас очень хотим! Всего 10 съемочных дней, шикарные партнеры...». Вынужден был отказать: «Я уже так настроился на поездку - море, дети, мастер-классы... Тем более мне безумно хотелось попасть в Крым, реально. Я как-то соскучился по своим детским воспоминаниям. У меня же первое образование - это Московский авиационный институт, радиоэлектроника летательных аппаратов. И на первом же курсе я попал в морской клуб «Волна» при институте, который занимался подводным плаванием. Я получил сертификат аквалангиста-подводника и в первое же лето мы отправились в спортивно-оздоровительный лагерь «Алушта» МАИ. Там я провел все лето! И поэтому Крым для меня стал по-своему родным местом. Потом еще несколько летних каникул мы с друзьями-аквалангистами ныряли в Евпатории, Севастополе, Форосе... Мы работали на черноморскую гидрографическую службу.

- Так вы дайвер со стажем?!

- Да, фактически мы работали над составлением подводной карты дня Черного моря. После войны, естественно, много чего там на дне осталось… Мы выходили в море на катере, измеряли эхолотом дно, и если что-то там возникало странное - наша задача была спуститься под воду и осмотреть. Так мы реально нашли несколько затонувших кораблей со времен Второй мировой войны.

- Это же рискованные мероприятия…

- Мы были молоды и нам абсолютно плевать на все страхи. Но один раз я реально чуть не утонул, заплыв в рубку огромного сухогруза, который мы нашли под Евпаторией. Это здоровенная посудина, в которую попала торпеда – зрелище, конечно, безумное. Находясь в пробоине, я раскрывал руки и ноги - то она была диаметром два-два с половиной метра, если не больше. Огромная дыра в борту с лепестками стали, которые вывернуты наизнанку, жуткая такая роза войны. Этот корабль затонул видать очень быстро, потому что, когда он ударился о дно кормой, корма отломилась и он развалился еще на две части. И я заплыл в рубку. Через секунду от ласт поднялся ил и я потерял, где вход и где выход, полная темнота. Это был страшный момент на глубине более 30 метров. Аквалангист же на воздушной смеси может находится на такой глубине 5-10 минут максимум, в зависимости от того, как он дышит. Я реально испугался, это был момент, когда я вдруг понял «О-о!» - надо прежде всего успокоится. По моему ощущению, каюта была где-то 20 квадратных метров, поэтому я подумал, ага, если я где-то приблизительно там остался выход, в любом случае, если я по стене пойду, то я рано или поздно найду выход на дверь, поэтому я так и сделал. И буквально минуты через три я выплыл оттуда с дрожью…

- Такой экстрим охоту к дальнейшим погружением не отбил?

- Нет, я до сих пор периодически занимаюсь подводным плаванием с удовольствием в разных морях и океанах.

- В кино эти навыки пригодились?

- Пока еще не доводилось в кадре поплавать с аквалангом.

- Но морскую форму на съемках вы примеряли, и, кажется, это случилось у нас в Крыму…

- Да, в Севастополе режиссер Анатолий Ниточкин снимал фильм «Мужские тревоги», где я сыграл роль лейтенанта Киселева, который сразу после училища получил назначение командиром поста гидроакустиков противолодочного корабля «Ловкий». 

Прежде всего история

- И как вас Севастополь встретил сейчас спустя 30 лет после съемок?

- Доброжелательно, очень хорошо. С замечательной аудиторией - матросы и офицеры двух кораблей - крейсера «Москва» и БПК «Керчь». Кстати, так исторически сложилось, что как раз «Мужские тревоги» снимали именно на «Керчи» и мой старший брат отслужил три года тоже на БПК «Керчь»! Так что для меня это прямо таки родной корабль. И когда я об этом сказал матросам, они зашумели: «О, мы ждем вас в гости». Это был очень хороший, эмоциональный момент, в принципе. Человек 150 - матросов и офицеров, они все удивительно слушали, смеялись и радовались. Хорошая публика, очень доброжелательная и концерт получился чудесный, такой добрый и как-то по-хорошему теплый, знаете, такой неофициальный, а именно мы так и хотели. Чтобы это был не официальный концерт, а такая творческая встреча. Ну, а потом нам устроили шикарную экскурсию по крейсеру «Москва». Все рассказали, показали... У меня был один из самых первых моих интересных актерских опытов в Голливуде - это сериал «JAG» - про военную адвокатуру. Я там сыграл капитана Волкова, который встречал на борту своего крейсера делегацию американцев. И там, в первой же сцене, я сам провожу экскурсию по кораблю! Две минуты длилась сцена и когда мы сняли эту сцену с первого дубля на съемочной площадке закричали: «Алекс, молодец, вообще, отлично работаешь» И на борту «Москвы» сейчас я в какой-то степени испытал дежа вю. Нам командир корабля показывал и рассказывал все то же самое, что я когда-то делал для американской съемочной группы. Это было очень эмоционально, очень здорово...

- С возобновлением карьеры в России у вас и воинские звания повысились…

- Это да, точно. С тех пор как я был лейтенантом… Теперь играю полковников и генералов. А как-то даже начальника ФСБ сыграл – в сериале «Шахта».

- Что для вас Крым сегодня с учетом политических изменений?

- Для меня это прежде всего огромная история Государства Российского. А потом уже это – Черное море, солнце, невероятные красоты, которые для меня значимы, они вошли в мою жизнь очень ярко и очень значимо. Это удивительные люди, которые здесь живут, доброжелательные и открытые, интересные. Огромное количество историй здесь возникает. Это, конечно же, Севастополь, как оплот Черноморского флота…

- А собственно момент возращения Крыма в Россию как восприняли?

- Я так понимаю: народ же в принципе проголосовал сам, никто же не заставлял? Поэтому большинство голосов решает, так всегда было и так всегда будет. Наверное, человеческое сознание все таки расширяется все больше и больше, мы хотим жить и имеем право жить там, где мы хотим. И жить так, как мы хотим. Мы уже не живем при советской диктатуре, мы живем в достаточно открытом обществе. Да, у нас есть проблемы, и так или иначе мне кажется, что мы имеем гораздо больше возможностей построить ту жизнь, которую мы хотим. Крымчанам я бы хотел пожелать стойкости, и мужества. Мне кажется, что Крым это уникальное место с огромнейшим потенциалом и здесь невероятная совершенно возможность для процветания. Я не был здесь в период украинского государства. Впервые Я считаю, что это отличная возможность для того, чтобы всю мощь России , всю ее культуру и финансовые возможности использовать для того, чтобы сделать здесь жизнь людей намного лучше.

- А как об этом всем думают ваши друзья-американцы?

- Знаете, в большинстве своем американцы аполитичны. За международными новостями они следят относительно, не вникая в нюансы. Для них ничего не меняется от того, что происходит во внешнем мире. Среднестатистический американец живет в своей достаточно закрытой общине и его абсолютно никак не касается то, что происходит во внешнем мире. Наверное, в какой-то степени это ужасно. Но в какой-то степени это хорошо, потому что люди живут стабильно. Вот я приехал, был последний раз месяц назад в Лос-Анджелесе, ездил на свадьбу к друзьям и большинство из них украинцы. Они естественно по-разному оценивают ситуацию… Кстати, моя первая жена, от которой у меня старший сын, она тоже украинка из Херсона. Она говорит, что ее большая семья родственников - около 30 человек, все переругались друг с другом до такой степени, что просто ненавидят друг друга и готовы прям выйти завтра против друг друга. Это же абсурд! И вот те американские вопросы – это чисто любопытство: что происходит? как ты сам оцениваешь ситуацию? Но нет никакой агрессивности. Им нет до этого никакого дела…