Хроника событий Ели траву, чтобы не умереть: тулячка пережила ужасы концлагеря Инновационный поезд-музей побывал в Невинномысске Готовились к войне и в глубоком тылу В Кокшамарах восстанавливают оборонительные сооружения Великой Отечественной Солдат вернулся!

Севастополец Анатолий Касьянов со своим экипажем испытывал баллистические ракеты и держал на замке Балаклавскую бухту

07.06.2015 в 20:06, просмотров: 2256

Капитан первого ранга Анатолий Касьянов служить начинал на Камчатке. После Ленинградского училища подводного плавания сам подал рапорт с просьбой отправить на Тихоокеанский флот. Попал на лодку С-237 и сразу же на месяц ушел в море…

 

Севастополец Анатолий Касьянов со своим экипажем испытывал баллистические ракеты и держал на замке Балаклавскую бухту

Но продолжение карьеры его оказалось неожиданным. После землетрясения заболела его жена - Татьяна Константиновна, и комиссия приняла решение о переводе на Черное море. Касьянов оказался в экипаже экспериментальной субмарины – это была первая дизельная подводная лодка с баллистической ракетой. Местом дислокации лодки С-229 была Балаклава, а для испытаний ракет оборудовали в районе Мраморной балки у мыса Феолента морской стенд… Впервые в мире подводный старт ракеты был произведен с глубины 20 м при скорости лодки 4 узла. Произошло это 9 июня 1957 года – черноморцы опередили американцев на три года!

Ракетный дозор в Балаклаве

Следующим назначением Касьянова стала лодка С-46 проекта 644. Их строили на базе готовых лодок 613 проекта, врезая ракетный отсек. Оснащали их крылатыми ракетами. В Балаклаве одновременно дислоцировалось до шести таких лодок. В 60-х годах максимальная дальность стрельбы была 500 км, оптимальная -350. Стреляли по береговым целям. При необходимости можно было поражать и морские цели. Но стало это целесообразно только при увеличении ядерного заряда боеголовки. Оснастили лодку астронавигационной системой «Лира», позволяющей определять положение лодки по звездам с высокой точностью. Был и навигационный комплекс, гироазимут, гировертикаль. Стояла на лодке современная система управления ракетной стрельбой. Лодка С-46 готовилась к плановым ракетным стрельбам. И молодому штурману, только что пришедшему с Камчатки пришлось изрядно попотеть, осваивая новейшую технику. Товарищи помогали. И за первую же ракетную стрельбу лодка получила приз командующего ЧФ. После С-46 назначили Касьянова старпомом на лодку С-69 того же проекта.

- Командовал лодкой тогда капитан второго ранга Станислав Георгиевич Алексеев, будущий командир 14-й дивизии, - рассказывал Анатолий Алексеевич. - Человеком он оказался очень обязательным, пунктуальным. С ходу вникал в любой документ. Мог взглянуть на подготовленный старпомом документ, увидев ошибку, перечеркнуть его. А потом подробно объяснять, как нужно было делать. Для меня этот университет был очень важен и полезен. Проходя по лодке вслед за командиром я получал до 30 замечаний! И за сутки нужно было все нарушения устранить… По инициативе Алексеева с лодки С-69 Касьянова направили на командирские классы в Ленинград, после которых он пришел старпомом на С-158. Год спустя – стал командиром этой лодки. На этой лодке Анатолий Касьянов нес боевую службу, боевое дежурство в Донузлаве, ежегодно проводил ракетные стрельбы… Самое сложное для подводника – боевое дежурство. И в Балаклаве такое дежурство несла лодка у выхода из бухты, где сейчас Солдатский пляж и зеленый металлический забор вокруг земельных наделов. Там стояла плавбаза «Эльбрус», а возле ее борта – дежурная лодка. Потом главком сделал подводникам «подарок», переместил место дежурства в Донузлав. И стояли в Донузлаве постоянно одна ракетная и две-три торпедных лодки на дежурстве в готовности выти на боевую службу. Экипажи жили на плавбазе. Для Анатолия Алексеевича личным рекордом стало дежурство в Донузлаве в 206 суток.

- Вокруг песок, пылища, ветер, - рассказывал Касьянов. - Зимой холодина страшная. Ну, прямо, как на Камчатке. Только без двойного довольствия. Чем людей занять? Первым делом построили стадиончик для спортивных занятий. Потом уже оборудовали пляжик для личного состава… И как-то на почве скудного питания курьезный случай вышел. Подходит ко мне мичман: «Анатолий Алексеевич, мы тут мотоцикл с коляской пригнали. Давайте за молочком и сметанкой в поселок сгоняем. Дополнительный паек организуем». Я разрешил. Берт мичман с собой радиостанцию для связи и на два чала за ворота. Привозил отличное молоко и добрую сметану. Но в какой-то раз в доппайке появилась и самогонка. Пришлось мне эту часть пайка в иллюминатор выливать на глазах обиженного мичмана. Тот поклялся, что больше такого не повторится и уехал за молоком. Только через месяц я узнал, что ребята под его иллюминатором желобок примостили, шланг приделали и все, что за борт выливал, тут же в тару собирали…

Адмиралом не стал из-за происхождения

Первые пять лет лодка С-158 была отличной. Получили переходящее знамя Военного Совета. И долго его никому не отдавали. Командир лодки Касьянов стал делегатом XXV съезда Компартии Украины. А потом был направлен в Академию. После Академии Касьянова назначают заместителем начальника штаба ЧФ по боевому управлению. Это адмиральская должность. На ней Касьянов прослужил 7 лет. Но по разным причинам звания адмирала Касьянов так и не получил. Обходило его командование вниманием, как он считает, из-за рабоче-крестьянского происхождения. Довелось Анатолию Алексеевичу попасть как-то в Москву. Там он встретился со своим давнишним товарищем Батей - Героем Советского Союза Щедриным. Как тот ругался, что Касьянов к нему за помощью не обратился. Дескать, одно мое слово, и кокарда у тебя была бы совершенно другая. Пока думали-рядили, как ситуацию разрулить, должность уже стала не адмиральской. Так и минуло Анатолия Алексеевича счастье носить адмиральские погоны. С такой судьбой он стоически смирился и даже отшучивался в кругу друзей. Только на службе работы прибавилось КП ЧФ отслеживало круглосуточно обстановку в Средиземном море. Контролировали одновременно до 12 подводных лодок на боевой службе вдали от родных берегов. На командном пункте флота дежурство идет размерено, но однажды ночью пришел сигнал о том, что катер тонет у Севдока. 2 часа ночи. Кого звать на помощь? Приняли решение краном, который док обслуживал, катер за корму подвесить. Касьянов в 3 часа ночи доложил начальнику штаба. Тот возмущен нестандартным решением: «Что это вы там придумали? Что за способ спасения катера?» Анатолий Алексеевич в ответ: «На катере сдвинута линия вала, вода просачивается. Вот мы его и придержим до утра». Ну, ему начальник пообещал разборку: «По приходу меня произведете доклад. Готовьтесь! Я вам покажу!» Касьянов уже мысленно с воинской службой распрощался. Ничего хорошего ждать от начальника штаба Селиванова не оставалось. Утром собрались офицеры, построились. Выходит начальник штаба. А в руках подарок – транзисторный радиоприемник. На приемнике уже именная табличка приклеена «За находчивость и сообразительность». Так при всех и вручил Касьянову, который был в те сутки во главе смены. Вот такая шутка со стороны начальника штаба…

И после увольнения со службы в штабе, с морем Касьянов не расстался. Еще 20 лет он проработал капитаном рефрижератора на Российском флоте. Из Николаева пришел в Севастополь авианесущий крейсер «Адмирал Николай Кузнецов». В районе Евпатории крейсер на внешнем рейде готовился к дальнему переходу по морям-океанам. На нем две с половиной тысячи рабочих и столько же членов экипажа. А рефрижератор максимум до 150 тонн мяса мог принять на борт. Вот и пришлось челночить этому небольшому судну круглые сутки. Даже в 4-бальный шторм ходили. А еще Анатолию Касьянову довелось 7 лет работать диспетчером бригады вспомогательных судов. В общей сложности у Анатолия Алексеевича 57 лет выслуги и трудового стажа без всяких коэффициентов. Как ушел из дома в 17 лет, так и служил верой и правдой.

 Только 1 августа 2012 года он стал полноценным пенсионером. И к сожалению, когда верстались эти строки, его не стало с нами. Светлая память командиру подводной лодки Касьянову. 

70 лет Победы. Хроника событий



Партнеры